Исторические предпосылки формирования совремнной этнической структуры г. улан-удэ

г. Улан-Удэ является местом сосредоточения наибольшего числа представителей различных этнических групп населяющих современную Бурятию.

Особенности исторического развития города, неизбежно накладывающие отпечаток на его современную этническую характеристику, представляют несомненный научно-исследовательский интерес, поскольку процесс складывания и развития современного этнического состава города имеет диалектически детерминированную связь с прошлым. В этом свете, актуализация проблематики изучения истории формирования этнического состава г. Улан-Удэ, обусловлена недостаточной разработанностью темы. Научные работы посвященные истории г. Улан-Удэ в целом отражая его экономическое, культурное, социальное развитие лишь в частичной мере затрагивают этнический аспект проблемы. В частности, исследователями оставлена без внимания такая важная часть этнической истории города, как периодизация процесса складывания этнической мозаичности города.

Между тем, история формирования этнического состава г. Улан-Удэ охватывает более трех столетий. За этот период, в силу различных причин политического, экономического характера этническая структура города претерпевала постоянные изменения. На основе анализа научных публикаций, архивных и статистических материалов представляется возможным выделение следующих этапов формирования этнического состава г. Улан-Удэ: 1) 1666 г. – август 1900 г., 2) август 1900 г. – август 1923 г., 3) август 1923 г. – декабрь 1991 г. 4) декабрь 1991 г. – наст. время. Основными критериями составления подобной периодизации служат то, что: 1) Начало и окончание любого периода соотносится с событиями оказавшими значительное влияние на историческое развитие города в целом и этнического состава в частности.

2) Каждый из выделенных этапов имеет свою четко выраженную динамику изменения этнического состава и численности населения города.

Существующие на сегодняшний день в российской этнологической и этнографческой науках три подхода к изучению этнического состава городов, выделенные В.В.Покишевским ( 29,с.17), дают возможность применить их в комплексе к исследованию этнической истории г. Улан-Удэ и составить на их основе периодизацию процесса складывания этнического состава.

Первый подход называемый этнодемографическим позволяет на основе демографических статистических данных выявить количественное соотношение этнических групп составляющих городское население.

Второй – этномикрогеографический подход изучает пространственные формы смешения этносов – от городских районов до отдельных домов, включая в ходе углубленных исследований отдельные семьи.

Третий подход определяется как этнопроцессульный, при котором смешанность населения рассматривается под углом зрения влияния ее на этнические процессы – как в целом, так и на такие частные черты, как, например, приобретение двуязычия, аккультурация, ассимиляция и др.

Первый этап этнической истории г. Улан-Удэ начинается с момента основания в 1666 г. казачеством на берегу р.Уды зимовья для сбора ясака, положившему начало г.Верхнеудинску (в настоящее время г.Улан-Удэ) и является самым продолжительным по времени. Это объясняется достаточно долгим сохранением сравнительной моноэтничности и малочисленности жителей поселения. Согласно историческим источникам рост численности населения города, вплоть до 1899г. происходил крайне медленно. О первоначальном размере поселения можно судить опираясь на свидетельство Н.Г.Спафария проезжавшего здесь 1675 г., когда он с трудом мог обнаружить его существование (19, с.46). Но после 1680 г. с обретением статуса острога (23, с.9) численность населения начинает постепенно неуклонно возрастать. Динамика численности жителей города выглядела следующим образом : 1700 г. — 300 чел. муж. пола (19, с.46), 1804 г. – 1 981 чел.(1.л.50), 1814 г. – 2 535 чел.(2,л.9), 1825 г. – 2 024 (1, л.50) чел., 1843 г. – 3 504 чел.(8, л.62), 1855г. – 3 746 чел.(23, с.48), 1857 г.– 3 907 чел.(3, л.21), 1876 г.-4 335 г. чел.(23, с.48), 1885 г. – 5 194 чел.(18, с.48) 1899 г.-5 454 чел.(4, л.12). В начале периода, главным источником пополнения населения острога являлись русские служилые люди и казачество с их семьями, присланными для несения государственной службы, что сказалось на этнической однородности поселения. Отрицательное влияние на демографические и миграционные характеристики города первой половины периода оказал тот факт, что вплоть до 1785г. (23, с.25) Удинскому поселению не придавался статус города. Однако со временем выгодное стратегическое и географическое положение поселения сыграло позитивную роль в дальнейшем экономическом и административном развитии города. На протяжении всего периода главный источник прироста городского населения в Забайкалье – механическое движение, которое составляли до падения крепостного права в России ссыльные, не подлежащие использованию на каторжных работах, добровольно оставшиеся отставные солдаты, помещичьи крестьяне отданные в зачет рекрутов не оказывало существенного влияния на изменение численного и этнического состава г. Верхнеудинска. Аналогичную тенденцию мы также можем наблюдать после падения крепостного права в России, когда из Центральных районов страны представители так называемого "вольнонародного" (18, с.40) переселения – безземельные и малоземельные крестьяне устремились потоками на освоение свободных земель Сибири. В данном случае причина непривлекательности города для поселения видится в его экономической отсталости и территориальной удаленности от центра.

Отсутствие официальной статистики по механическому движению за рассматриваемый период не позволяет выявить точный миграционный прирост или убыль населения. Естественный прирост жителей города оставался также очень низким из-за высокой степени детской смертности и общей непродолжительности жизни. Сопоставление уровней рождаемости и смертности за 1857 г., отраженных в таблицах 1 и 2 (3, л.23) подтверждает незначительность естественного прироста и в целом отражает динамику естественного движения населения города характерную для всего первого периода.

Таблица 1.

 

 

 

 
Родившиеся Муж. Жен.  
Православные законорожденные 74 64  
Православные незаконорожденные 12 20  
Еврейского законорожденные  
Еврейского незаконорожденные 1 2  
Итого 87 86  

Таблица 2.

 

 

 

 
Умерло Муж. Жен.  
Православные меньше года 44 38  
Православные 35-40 лет 4 6  
Православные другие 35 32  
Римско-католические 45-50 лет 1  
Римско-католические 50-55 лет 1  
Итого 85 76  

Рассматривая этнический состав за первый период, необходимо сказать, что воссоздание картины этнического многообразия города крайне затруднено вследствие отсутствия официальных статистических данных по национальному составу вплоть до 1897 г., что неоднократно отмечалось рядом ученых (28, с.23). Регулярно составлявшиеся в России с 1719 г. "ревизские сказки" в виду особой специфики составления и учета населения не позволяют установить точное численное соотношение русских и нерусских жителей города. Однако благодаря некоторым архивным источникам, методу реконструкции этнического состава по лингвистическим и конфессиональным признакам Юхневой Н.В., а также другим косвенным данным представляется возможность получения отдельных выкладок по этническому составу города. Так, к примеру, архивные материалы (2, л.14) свидетельствует о проживании в г.Верхнеудинске "ясашных" братских в 1814 г.-5 чел. муж., 7 чел. жен. полов, 1815 г.-5 чел. муж., 8 чел. жен. полов, 1816 г.-5 чел. муж., 6 чел. жен. полов и не имеющих постоянного вида жительства ( временнопроживающих ) в 1814 г.-64 чел., 1815 г.-36 чел., 1816 г.-37 чел. Подтверждают нахождение в городе бурят исследователи истории города Н.В.Ким и И.Ю.Замула, в своих работах они отмечают в 1828 г. одного "ясашного" бурята Петра Емельяновича Лосева позднее переведенного в мещанское сословие (23, с.39), девяти бурят горожан в 1838 г.(22, с.66), а также фиксацию в плане города за 1839 г. бурятских юрт на окраине заудинского предместья (22, с.66.). Из числа 44 бурят проживавших в г.Верхнеудинске в 1822-1823 гг. 12 человек из них 9 мужчин, 1 женщина и 2 девочки относились к Селенгинскому ведомству, 23 человека из них 21 мужчина, 1 женщина и 1 мальчик 7 лет относились к Хоринскому ведомству и 9 мужчин относились к Иволгинскому ясашному крещенному обществу (5, л.15). Большая часть носила русские имена и была крещенной, время проживания в городе колеблется от 4 лет до 26 лет, отдельные представители проживали в городе с рождения, как, к примеру, 26 летний бурят Афанасий Григорьевич, основным родом занятий проживающих в городе бурят была работа при дворах.

Косвенным фактом временного присутствия в городе представителей коренных народов Бурятии занятых торговой деятельностью является свидетельство поляка Ореста Евицкого посетившего в первой половине 19 века г.Верхнеудинск. В своей книге "Поездка из Иркутска в Кяхту через Байкал или святое море" описывая город он отмечал "…торговые площади наполнены бурятами и тунгусами (эвенками) которые приносят на продажу плоды своей промышленности…" (23, с28).

Среди единичных представителей других этнических групп нерусского происхождения архивные материалы фиксируют проживание в городе грузинского и кахетинского князей находящихся под надзором полиции в 1818 г. за участие в возмущении против России в Грузии и Кахетии Петра Овилова (Овоков) и Дмитрия Тирхинова (Тарханова)(6, л.7), в 1833 г. ссыльного поселенца Шахмуза Хасамединова (7, л.15). К 1847 г. город продолжал сохранять моноэтничность на это указывают сведения содержащиеся в ведомостях городской управы о народонаселении, городских доходах, земельных угодьях (8, л.62), так в отчете о числе жителей по вероисповеданию из общей численности в 3 504 жителей города лишь 15 человек относились к римско-католической вере (возможно этнических поляков, немцев, украинцев, белорусов) и 2 человека к прочим исповеданиям. Даже с учетом того, что если к православным было отнесено некоторое число жителей города нерусской национальности принявших православие, говорить о какой-либо существенной этнической разнородности населения не приходится.

К 1857 г. согласно ведомости "О числе жителей по сословиям, вероисповеданиям, родившихся, умерших, количества зданий" (3, л.20) в г.Верхнеудинске проживало православных – 3 784 чел., римско-католиков – 28 чел., еврейского – 88 чел., протестантов, лютеран, евангелистов – 6 чел., магометанинов – 5 чел., буддистов – 5 чел., шаманствующих – 1 чел. Используя метод реконструкции этнического состава по конфессиональной принадлежности рекомендованный Юхневой Н.В. можно говорить о проживании в г.Верхнеудинске на момент составления ведомости евреев-88 чел., бурят – 5 чел., поляков-28 чел., немцев – 6 чел. В отношении представителей других этнических групп придерживавшихся православия, мусульманства, шаманизма, данный метод применить нельзя так, как к этническим сообществам традиционно исповедовавших православие украинцам, белорусам, русским могут быть причислены крещеные инородцы (буряты, эвенки), а также члены других этнических групп принявших православие. Поэтому, среди православной конфессии выделение представителей тех или иных этнических групп не представляется возможным. То же самое относится к представителям этнических образований исповедовавших магометанство (ислам). Касаясь единственного представителя шаманизма нужно сказать, что им мог быть как бурят, так и эвенк. Среди отчетов и рапортов Верхнеудинского полицейского управления относящихся к окончанию 19 века, мы можем обнаружить довольно частые упоминания об арестах персидских подданных проживавших в городе без вида на жительство. В качестве примера, можно привести архивные свидетельства, относящиеся к 1878 г. о поимке проживавшего в городе без письменного вида персидского подданного Мамеда Али Оглы (9, л.21).

В ходе проведения исследований по реконструкции этнического состава любого населенного пункта, ученые (22, с.18; 33, л.24) настоятельно рекомендуют обращать особое внимание на то обстоятельство, что такое изучение нередко осложняется характером достоверности и объективности, предлагаемых к рассмотрению статистических данных и требует тщательной перепроверки всей используемой информации. Так, к примеру, в нашем случае, при сопоставлении материалов Всеобщей первой переписи населения от 1897 г. и отчета городской управы по национальностям за 1899 г. обнаруживается явное несоответствие в представленных численных данных по национальному составу города. В частности, согласно переписи населения от 1897 г. граждан признающими своим языком бурятский, являющимися ламаистами по вероисповеданию и поэтому причисляемых к бурятской этнической группе зафиксировано в городе 380 человек и 379 человек соответственно. Спустя два года, в отчете городской управы за 1899 г. мы находим сведения свидетельствующие о постоянном проживании в г. Верхнеудинске лишь 52 человек бурятской национальности. Очевидно, подобное расхождение в численности бурят, может быть объяснено лишь тем, что данные всеобщей переписи населения за 1897 г. указывают на нахождение в городе всех представителей бурятской этнической группы без учета места официальной приписки. Отчет городской управы – постоянное проживание в городе точного количества бурят, исходя из необходимости внесения в реестр налогоплательщиков в городскую казну. Поэтому, при дальнейшем проведении анализа динамики изменения этнического состава города предпочтительнее использование отчетов городской управы.

Этническая группа русских, с момента основания ею Удинского зимовья на протяжении всего периода занимало доминирующее численное положение. Однако, в ходе реконструкции этнического состава г. Верхнеудинска в первый период его этнической истории, говоря о точном количестве проживающих в г.Верхнеудинске русских необходимо учитывать одно из обстоятельств напоминаемых Н.В.Юхневой. Принимая во внимание тот факт, что г. Верхнеудинск относился к тому большинству городов Сибири основанных русскими землепроходцами, в нем и во всех и во всех других сложилась характерная для всей России того времени этническая ситуация, когда к русскому большинству оказывались причисленными украинцы и белорусы. Кроме того, под именем "русских" учитывались представители самых разных национальностей не ассимилированных полностью, но перешедших на русский язык. В г.Верхнеудинске, в его силу русскоязычности шел постоянный процесс перехода на русский язык живших в нем национальных меньшинств, поскольку жизнь в русском городе требовала от каждого хотя бы минимального знания русского языка. В социальном плане, русская этническая группа была представлена всеми сословиями. Наибольшее число составляли мещане.

Следующее по численности этническое сообщество евреев, согласно историческим источникам, окончательно сформировалась в середине 19 века. Хотя проживание отдельных представителей еврейской этнической диаспоры архивными материалами отмечается и в более ранее время относящемуся к началу 19 века. Исследователи истории еврейской общины в городе Л.В.Курас и Л.В.Кальмина в своих научных работах, анализируя сословный состав еврейской этнической группы, упоминают относительно большое количество мелких торговцев, небольшое число ремесленников, в основном кузнецов после второй волны еврейского переселения. Они также указывают основные источники пополнения еврейской общины г. Верхнеудинска – ссылка и каторга. Процентная доля евреев среди жителей г. Врехнеудинска в разное время не превышала 9-12 % барьера.

К завершению первого этапа истории формирования этнического состава г. Улан-Удэ данные городской управы по национальностям от 1899 г. фиксируют постоянное нахождение в городе представителей более 15 национальностей. Подробные сведения о численности этнического состава г. Верхнудинска отражены в таблице 3.

Таблица 3.

 

 

 

Население Муж. Жен. Всего  
Русские 2 142 2 214 4 356  
Евреи 399 332 731  
Поляки 62 20 82  
Буряты 25 27 52  
Китайцы 60 60  
Татары 55 30 85  
Немцы 8 14  
Малороссияне 22 22  
Черкесы 15 15  
Чеченцы 3 3  
Башкиры 7 7  
Цыгане 5 5 10  
Армяне 8 8  
Молдаване 3 3
Грузины 6 6  
Всего 2 820 2 634 5 454

Появление в городе отдельных представителей этнических групп таких, как поляки, немцы, черкесы, чеченцы, башкиры, армяне, молдаване, грузины в конце 19 века, вероятнее всего, необходимо рассматривать в контексте событий общеисторического плана, происходившими в Российском государстве, когда в рамках правительственной политики, направленной на заселение Сибири, начали производится массовые депортации населения из областей присоединяемых к России. Главным основанием их переселения являлась ссылка за участие в различных выступлениях антигосударственной направленности. Вместе с тем, данная констатация не исключает случаев добровольного переселения в Сибирь, в Забайкалье. Добровольное переселение в Забайкалье имело массовый характер лишь в одном случае, при так называемом "аграрном" перемещении населения (20, с.171), возникшем в конце 19 столетия. Во всех остальных случаях, к примеру, связанных с коммерческо-производственной деятельностью, либо поступлением на государственную службу оно носило единичный характер. По социальному составу ссыльные поселенцы были представлены разными сословиями, наиболее часто в архивных материалах упоминаются мещане. В этом отношении, сравнительно полно изучена история заселения и проживания этнических групп поляков, немцев в Бурятии. Свое освещение исследования нашли в сборниках "Немцы в Бурятии" (27), "Поляки в Бурятии" (30) изданных по инициативе польских и немецких национально-культурных центров.

Применение микрогеографического подхода к изучению этнического состава города в первый период, в виду явной численной диспропорции между жителями русской национальности и нерусским этническими группами, населяющими город, не представляется целесообразным.

Социокультурное развитие нерусских этнических групп города в значительной мере коррелировалось с социокультурным развитием русского большинства. Вместе с тем религиозные предпочтения членов различных этнических групп указанные выше, могут говорить о сохранении своей этнической идентичности.

Строительство и ввод в эксплуатацию 1 августа 1900 г. Верхнеудинского участка Забайкальской железной дороги вызвало укрепление и усиление межрегиональных культурных и экономических связей, ускорение становления капиталистических отношений в регионе, а вместе с тем значительное оживление экономической жизни города – рост товарообмена, открытие дополнительных внутренних и внешних рынков для сбыта хлеба, мяса, масла, кож, пушнины и других продуктов местного производства. Данные позитивные факторы в историческом развитии города обусловили перемещение значительных масс населения из западных губерний России как в регион в целом, так и в г.Верхнеудинск в частности. Именно эти условия становятся новой периодообразующей точкой в этнической истории города. За второй период отмечается резкое, скачкообразное увеличение численности населения города с 5 454 человек в начале периода до 21 635(13, л.30) человек в конце, среднегодовой прирост населения составил 703 человека в год. Динамика изменения численности населения города по годам отражена в таблице 4.

Таблица 4.

 

 

 

гг. 1900 1904 1908 1910 1916 1917 1923
Население 5 454 9 530 14 530 15 200 16 612 21 200 21 635

Сопоставление данных таблицы № 5 составленной на основе отчета городской управы за 1904 г. и других более ранних отчетов по национальностям указывает на то, что при общем увеличении городского населения происходит увеличение практически всех представителей этнических групп, вместе с этим из числа жителей г.Верхнеудинска исчезают чеченцы и башкиры.

Таблица 5.

 

 

 

Население Муж. Жен. Всего  
Русские 4 000 3 500 7 500  
Евреи 800 680 1 480  
Поляки 70 35 105  
Буряты 50 40 90  
Китайцы 60 60  
Татары 60 40 100  
Немцы 15 10 25  
Малороссияне 20 40 60  
Черкесы 30 2 32  
Чеченцы  
Башкиры  
Цыгане 10 10 20  
Армяне 15 15  
Молдаване 4 3 7
Грузины 6 6  
Всего 5 170 4 960 9 530

Согласно архивным источникам (14, л.40) к 1908 г. население города по своим религиозным предпочтениям было дифференцировано на 12 конфессиональных групп, что наглядно демонстрирует таблица № 6.

Таблица 6.

 

 

 

Вероисповедание Муж. Жен. Всего  
Православного 6 300 5 980 12 280  
Старообрядцев 58 55 113  
Римско-католического 170 166 336  
Армяно-григорианского 15 14 29  
Иудейского 590 58 1176  
Буддийского 46 40 86  
Конфуцианского 59 59  
Магометанского 173 170 343  
Кармышского 4 4  
Ламаитов 2 1 3  
Шамаитов 2 2  
Лютеранского 48 46 94  
Неизвестных 5 5  
Всего 7 472 7 058 14 530

Сопоставление данных таблицы № 6 и таблицы № 7, отражающую этническую пестроту населения г.Верхнеудинска в 1908 г., впервые отмечается выделение этноконфессиональной группы семейских т.е. староверов. Здесь также обнаруживается некоторое превышение общего количества православных и староверов над числом исконно придерживающихся данного вероисповедания русскими, вероятнее всего данное несоответствие должно быть объяснено наличием в среде православных представителей этнических групп традиционно не исповедующих православие.

Таблица 7.

 

 

 

Население Муж. Жен. Всего  
Русских 6 290 6 041 12 331  
Евреев 590 586 1 176  
Поляков 150 153 303  
Бурят 20 16 36  
Китайцев 115 115  
Татар 158 155 313  
Немцев 20 20 40  
Черкесов 3 1 4  
Армян 15 13 28  
Грузин 15 12 27  
Литовцев 5 3 8  
Эстонцев 7 6 13  
Чувашей 12 9 21  
Итальянцев 1 1 2
Французов 1 1  
Японцев 8 7 15  
Австрийцев 15 13 28  
Корейцев 3 3
Осетин 8 8
Мордвин 20 4 24  
Чехов 3 3 6
Греков 2 2
Калмыков 3 2 5
Кармышцев 4 4
Неизвестных 3 3 6
Всего 7 472 7 058 14 530

Отчет городской управы по национальному составу г. Верхнеудинска за 1913г., отраженный в таблице № 8, отмечает понижение этнической разно-родности города, к этому времени в городе проживало более 18 националь-ностей.

Таблица 8.

 

 

 

Население Муж. Жен. Всего  
Русские 7 054 7 110 14 164  
Евреи 652 699 1 281  
Татары 187 216 403  
Поляки 130 136 266  
Немцы 53 47 100  
Китайцы 98 98  
Буряты 34 16 57  
Грузины 43 12 55  
Армяне 27 20 47  
Эстонцы 21 22 43  
Латыши 12 6 18  
Корейцы 16 2 18  
Японцы 4 12 16  
Литовцы 4 5 9
Мордвины 6 2 8  
Черкесы 7 7  
Греки 6 6  
Австрийцы 2 1 3
Неизвестные 11 9 20
Итого 8 367 8 245 16 612  

К окончанию второго периода истории формирования этнического соста-ва г. Улан-Удэ, данные городской переписи населения от 1923 г. свидетель-ствуют о проживании в городе представителей 34 национальностей, отражение итогов этой переписи находится в таблице № 9.

 

Таблица 9.

 

&n &n

 

 

Население Муж. Жен. Всего  
Русские 8 374 9 015 17 389  
Евреи 941 949 1 890  
Поляки 188 138 326  
Татары 309 322 631  
Литовцы 30 16 46  
Армяне 19 13 32  
Эстонцы 16 10 26  
Грузины 5 9 14  
Мордва 13 10 23  
Чуваши 7 2 9  
Белорусы 54 42 96  
Чехи 24 13 37  
Буряты 22 6 28  
Цыгане 13 7 20
Китайцы 449 13 505
Украинцы 192 171 363  
Латыши 53 23 76  
Австрийцы 12 1 13
Французы 3 3
Немцы 20 22 42
Турки 3 1 4
Греки 7 3 10
Венгры 22 4 26
Корейцы 21 21  
Молдаване 1 1  
Итальянцы 3 3  
Болгары 2 2  
Финны 3 3  
Хорваты 1 1  
Черкесы 1 1  
Сербы 1 1  
Румыны 1 1  
Башкиры 1 1  
Американцы 1 1  
Всего 10 845 10 790 21 635  

При сопоставлении данных таблиц №5, №7, №8 и №9 отмечается снижение численности представителей коренных жителей Бурятии – бурят. Одновременно с увеличением численности населения города в абсолютном выражении, фиксируется появление других ранее не отмеченных национальностей. Данные таблиц указывают на сохранение первенствующего положения в численном отношении, на протяжении всего периода представителей русской этнической общности. Кроме того, несмотря на то, что этническая структура города была представлена 35 -ю национальностями, произошло значительное увеличение общего числа горожан, мы не наблюдаем заметного изменения пропорционального соотношения между представителями русской этнической группы и другими нерусскими этническими сообществами в пользу первой, долевое участие представителей нерусских этнических групп среди городского населения, практически не изменилось и составило 20,3 % от общего числа горожан. Данный факт может указывать на превалирующее число русских переселенцев из западных губерний России от общего числа мигрантов в Забайкалье. Отсутствие в таблицах 7, 8 свидетельств о проживании в городе белорусов, а в 5, 7 и 8 украинцев, несмотря на то, что они вне всяких сомнений присутствовали в городе, может говорить, скорее всего, о причислении их к русской этнической группе, чем об отсутствии таковых в городе, что подтверждает положение Н.В.Юхневой (34, с.75.) о существовавшей практике объединения представителей трех близко родственных этнических групп в одну, являющейся доминирующей по численности. В первой четверти 20 века происходит значительное пополнение социального состава жителей города рабочим классом, преимущественным образом представленный русской этнической группой. Наибольшее число рабочих из представителей русской этнической группы, было задействовано, на обслуживании Верхнеудинского участка Забайкальской железной дороги, общее число рабочих в железнодорожных мастерских, депо, превышало 1 500 человек.

Отсутствие надежных сведений о характере протекавших воспроизводственных процессах вплоть до 1926 г., не позволяют отразить достоверную картину этнодемографической ситуации сложившуюся в описываемый период.

Особую роль в консолидации членов этнических групп выполняли рели-гиозные общины, поскольку они традиционно являлись своеобразными носителями этнокультурной специфики. На их основе могло происходить наиболее плотное внутригрупповое общение, в них создавались наиболее благоприятные условия сохранения и трансляции этнокультурных установок, ценностей молодому поколению. Для отправления религиозных потребностей жителей города относящихся к конфессиям не православного исповедания в 1907 г. были построены мечеть и католический костел. К более раннему времени, приблизительно 1885 г., относится возведение синагоги.

Второй период несмотря на то, что являлся наименее продолжительным по времени, оказал заметное влияние на численный рост населения и развитие полиэтнической структуры г.Улан-Удэ.

С фактическим установлением Советской власти в Забайкалье, образованием Бурят-Монгольской автономии в августе 1923 г. начинается очередной этап формирования этнического состава г. Улан-Удэ, продолжавшийся до 1991 г. – времени распада СССР.

Глубокие экономические и культурные преобразования, произошедшие в республике за советский период вызвали существенный рост населения г. Улан-Удэ от 21 635 чел. до 351 806 чел., а также повлекли значительные из-менения в социальной и этнической структурах города. По данным Всесо-юзной переписи населения 1989 г. к завершению третьего периода в г.Улан-Удэ было сконцентрировано 31,6 % всего населения республики. Изменения численности населения города показаны в таблице № 11 (юбилейн. стат. Сборн.)

Таблица 10.

 

&n &n

 

 

Годы Численность населения (тыс. чел.)
1923 г. (по переписи) 21,6
1926 г. (по переписи на 17 декабря) 28,9
1939 г. (по переписи на 17 января) 125,7
1959 г. (по переписи на 15 января) 174,3
1970 г. (по переписи на 15 января) 253,6
1971 г. (оценка на 1 января) 260,9
1972 г. (оценка на 1 января) 269,4
1973 г. (оценка на 1 января) 278,5
1979 г. (по переписи) 299,8
1989 г. (по переписи) 351,8

Приступая к рассмотрению источников формирования этнического соста-ва города в третий период, хочется обратить внимание на высказывание одного из исследователей проблем населения города В.О.Рукавишникова. В частности, в одной из своих монографий он отмечает: "Численность городско-го населения страны растет за счет трех источников : естественного прироста горожан, миграции населения из села, административно-территориальных преобразований сельских пунктов"(31, с.63).

Применяя данный тезис к г.Улан-Удэ с учетом того факта, что в описываемый период город уже являлся административным, экономическим и культурным центром региона, следует выделить лишь два вышеуказанных источника формирования населения и этнической структуры города. Первым является естественное движение населения города, вторым – механическое движение, которое в силу административно-территориальной специфики республики необходимо дифференцировать на два потока: внешний – межобластной и внутренний – внуриреспубликанский. Внешний миграционный по-ток являлся основным поставщиком в город из-за пределов республики, как квалифицированных кадров, так и неквалифицированной рабочей силы, а вместе с тем и представителей различных этнических групп. Динамика внешнего механического движения носила колебательный характер, и ее ин-тенсивность во многом зависела от экономических и политических установок государства. Так, к примеру, курс советского правительства на индустриали-зацию в 30-х годах ХХ-го века, обусловил строительство в городе ряда крупнейших объектов народно-хозяйственного комплекса по Сибири и Дальнему Востоку (Стеклозавод-1930 г., мясокомбинат-1931 г., ПВЗ-1932 г. и др.). Данное обстоятельство, в свою очередь вызвало потребность в трудо-вых ресурсах, а в последующем в специалистах обслуживающих данные предприятия. Именно этот фактор способствовал возникновению очередной, более мощной, чем при строительстве Транссибирской железнодорожной магистрали, волны миграции из западных регионов России, усиленной мигрантами союзных республик. Внешний миграционный поток эпохи индустриализации в значительной мере изменил этническую картину города. Особую значимость миграционные процессы приобрели потому, что благодаря им произошел механический прирост населения главным образом за счет мигрантов репродуктивного и трудоспособного возраста, что оказало позитивное воздействие на общую демографическую обстановку в городе.

В постиндустриализационное время с общим повышением экономическо-го и культурного уровня республики, окончанием строительства крупных промышленных предприятий произошло заметное ослабление внешнего миграционного потока в город. Перед началом Великой отечественной войны согласно годовому отчету по механическому движению г.Улан-Удэ за 1940 г. (15, л.3) в городе сложилась следующая ситуация внешний миграционный прирост населения происходил за счет Иркутской, Читинской областей, Башкирской и Мордовской АССР, когда городу эти области и республики дали 525, 432, 315 и 119 человек. По большинству остальных регионов произошла убыль населения, больше всего в этом отношении из числа жителей города убыло в г.Москву, а также некоторым союзным республикам государства. В целом баланс прибывающих и выбывающих приобрел отрицательную динамику и его коэффициент составил -1 030 человек.

В этих условиях, основным источником прироста городского населения в, наряду с естественным движением, становится внутренняя миграция. Внутренние миграционные перемещения населения в город позволили увеличить городское население за счет коренных жителей республики, главным образом, бурят и ранее осевших в регионе русских. Эвенкийское коренное население региона по причине общей малочисленности не могло оказать сколь-нибудь значимого влияние на изменение численного и этнического состава города. Сравнительный анализ статистических данных по миграционному движению за третий период показал, что наибольший рост внешнего и внутреннего миграционного движения происходил до 60-х годов ХХ века.

Огромное стимулирующее воздействие на активизацию внутреннего ми-грационного движения в город из сельских районов республики, наряду с экономическим фактором, оказала политика советского государства направленная на подготовку местных квалифицированных кадров. Это привело к созданию в городе сети культурно-просветительных, образовательных учреждений как общереспубликанского, так и регионального значения. Последующее развитие системы высшего и среднего технического образования в 60 -х годах, также способствовало притоку в город значительных масс моло-дого населения республики, которые, зачастую, после окончания своего обучения находили применение своим знаниям в городе.

Усиленный естественный прирост населения города продолжался приблизительно до 60-х годов ХХ-го столетия и связан был с такими причинами, как падение детской смертности, увеличением общей продолжительности жизни.

По данным И.Ц. Доржиевой (21, с.39) с середины 60-х годов в естествен-ном движении города произошли существенные изменения. В этот период произошло значительное понижение уровня рождаемости с 26,9 человек на 1000 населения в 1960 г. до 17,9 в 1970 г. Исследователь Д.Д.Мангатаева (25, с.55) относит к основным причинам падения уровня рождаемости, вступле-ние в детородный возраст рожденных в годы второй мировой войны; усиле-ние урбанизационных процессов и индустриализацию страны; внутрисемейное регулирование рождения детей.

Перепись населения от 1979 г. представила следующие сведения по этни-ческому составу города. Этнический состав города составили представители 91 национальностей. Из абсолютного числа жителей г. Улан-Удэ в 299 811 человек к числу крупных этнических образований можно отнести русских общим числом 232 541 чел., бурят – 50 045 чел., украинцев – 6 935 чел., татары – 2 635 чел., белорусы – 1 434 чел., евреи – 1 296 чел. К этническим группам превышающим 100 человек относятся мордва – 514 чел., чуваши – 318 чел., якуты – 295 чел., удмурты – 274 чел., казахи – 273 чел., немцы – 271 чел., молдаване – 263 чел., узбеки – 251 чел., армяне – 246 чел., поляки – 191 чел., латыши – 180 чел., азербайджанцы – 162 чел., башкиры – 152 чел., ко-рейцы – 143 чел., грузины – 124 чел., эвенки – 124 чел., тувинцы – 101 чел.

К окончанию третьего периода Всесоюзная перепись населения от 1989 г. зафиксировала проживание в городе 106 национальностей из числа 112 населяющих республику в целом. Проводя типологизацию населения города, согласно методики, одного из первых исследователей проблем этнического со-става города, Сметанича В.С. ( 32, с.17) к градоопределяющим этническим группам т.е. превышающими 10 % барьер от абсолютного числа жителей го-рода, можно причислить русскую – численностью 255 849 человек и бурятскую – насчитывающую 74 243 человек, к градообразующим более 1-го % – украинскую численностью в 9 139 человек. Остальные группы численностью более 100 человек и составляющие менее 1 % от абсолютного числа жителей города следует относить к малым этническим группам (МЭГ) в соответствии положением Кузеева Р.Г.и Бабенко В.Я. Они пишут: "Под МЭГ мы подразумеваем сравнительно небольшую по численности (от 100 до 100 тыс. чел.) этническую общность, живущую в территориальном и хозяйственном отрыве от основного массива материнского этноса, расселенную дисперсно или компактно на определенной территории и находящуюся относительно длительное время в численно превосходящем иноэтничном или полиэтничном окружении" (24, с.14). Таких малых этнических групп по г. Улан-Удэ насчитыва-лось 27, из них 8 этнических сообществ – евреи, татары, немцы, поляки, эвенки, армяне, азербайджанцы, корейцы по сравнению с этническими обра-зованиями белорусов, якутов, чувашей, казахов, тувинцев, и мордвы являются более консолидированными. Среди них теснее поддерживаются горизонтальные (пространственные) внутриэтничные связи и вертикальные (временные) связи, поддерживающие межпоколенную передачу этнической культу-ры. На это указывает факт наличия в таких малых этнических группах официально зарегистрированных национально-культурных объединений.

Таким образом за советский период этнической истории г.Улан-Удэ ди-намика соотношения представителей этнических групп и малых этнических групп имеющих сравнительно длительную историю проживания в городе по-лучила различное выражение. Численность, в процентном отношении, одних этнических групп от абсолютного числа жителей города увеличилась, других уменьшилась. Так, к примеру, позитивные изменения произошли только в четырех этнических сообществах: у бурят процентное соотношение возросло с 0,13 % в начале 1923 г. до 21,1 % к концу 1989 г., у украинцев с 1,7 до 2,6 %, у белорусов с 0,45 %, до 0,58 %, у мордвы с 0, 11 % до 0.15 %. В осталь-ных этнических сообществах произошло заметное сокращение численности. Русское население города снизилось с 80,4 % до 72,7 %, евреи с 8,7 % до 0,27 %, татары с 2,94 % до 0,58 %, поляки с 1,5 % до 0,05 %, немцы с 0,2 % до 0,08 %.

Завершая краткое освещение истории формирования этнического состава г.Улан-Удэ, необходимо сказать, что предложенная к рассмотрению автором периодизация не является однозначной и может быть в дальнейшем подвергнута определенной корректировке на основе вновь открывающихся фактов в этнической истории города. Вместе с тем, в работе была сделана попытка систематизации всех известных автору исторических, этнографических и статистических сведений с приведением их к вышеупомянутым критериям периодизации.

Следуя методу типологизации городов по этническому составу Сметанича В.С., по которому он разделяет города на "малонациональные" имеющие в своем составе три и менее "градообразующие" этнических группы, "средненациональные" включающих четыре – шесть крупных этнических сообществ и "многонациональные" семь и более, и исходя из полученных в ходе прове-дения работы сведений по этническому составу города, г.Улан-Удэ можно причислить к "малонациональному" типу городов в системе городов страны.

Следующий подход дифференциации городов, по типу взаимоотношений их этнических комплексов с "этническим фоном" прилегающей сельской местности сформулировал В.В.Покишевский : "…а) совпадение преобладающего в городе этноса с этносом тяготеющей к городу сельской местности (это случай "нормального" формирования города, словно вызревающего при достаточной степени плотности населения, подобно тому как кристалл обра-зуется из перенасыщенного раствора); б) город этнический анклав, преобладающий в нем этнос отличен от "сельского фона" и часто как бы этнически противостоит ему (случай возможен, например, при завоевании или мощной волне иммиграции, оседающей лишь в городе; но он обычно является преходящим, так как в городе в ходе естественного развития самого города притя-жение к нему тяготеющего сельского населения приводит к случаю "в"; в) двунациональный город, в котором преобладают два этноса, сельского "фона" и "пришельцев", как правило, первоначально и сформировавших город; г ) многоэтничный город, где численно сопоставимо несколько этносов." ( По киш. с.18). В этом случае г.Улан-Удэ нужно относить к пункту в), т.е. "двунациональный город в котором преобладают два этноса, сельского "фона" и "пришельцев", как правило, первоначально и сформировавших город".

 


 

 

[*] АспирантИМБИТ СО РАН

 

Литература
[1] НАРБ Ф.11, оп.10, д.36, 32 л.
[2] НАРБ Ф.11, оп.10, д.6, 21 л.
[3] НАРБ Ф.11, оп.10, д.80, 39 л.
[4] НАРБ Ф.11, оп.1, д.1514, 28 л.
[5] НАРБ Ф.11, оп.10, д.9, 20 л. 
[6] НАРБ Ф.11, оп.5, д.188, 31л.
[7] НАРБ Ф.11, оп.5, д.270, 20 л.
[8] НАРБ Ф.11, оп.10, д.101, 67 л.
[9] НАРБ Ф.337, оп.1, д.428, 21 л.
[10] НАРБ Ф.10, оп.1/5, д.1514, 56 л.
[11] НАРБ Ф.337, оп.2, д.2 710, 8 л.
[12]НАРБ Ф.337, оп.2, д.2 641, 53 л.
[13] НАРБ Ф. Р-196, оп.228, 69 л.
[14]НАРБ Ф.337,оп.2, д.1108, 70 л.
[15]НАРБ Ф. Р-196, оп.4, д.116, 23 л.
[16] НАРБ Ф. Р-196, оп.1/8, д.4, 92 л.
[17]НАРБ Ф. Р-196, оп.1/8, д.87, 179 л. 
[18] Бураева О.В. Хозяйственные и этнокультурные связи русских, бурят и эвенков в середине 17 – середине 19 в. – Улан-Удэ, 2000, 206 с.
[19]Буянтуев Б.Р., Воробьев В.В. Городские поселения Бурятии// Краевед-ческий сборник (вып.4).- Улан-Удэ, 1859,181с.
[20]Галузо В.В. Белорусы Сибири: история и совремнность. // Этносоци-альные процессы в Сибири. (Вып.1.). – Новосибирск, 1997, с.169 – 173.
[21]Доржиева И.Ц. Источники формирования городского населения Буря-тии. // Гуманитарные исследования молодых ученых Бурятии. – Улан-Удэ, 1999, с. 38-42.
[22]Замула И.Ю. О численности и жизни бурят в Верхнеудинске в 19 веке // Проблемы истории и культуры кочевых цивилизаций Центральной Азии. – Улан-Удэ, 2000, с.66-68.
[23]Ким Н.В. Очерки истории Улан-Удэ.- Улан-Удэ, 1966, 114 с. 
[24] Кузеев Р.Г., Бабенко В.Я. Малые этнические группы: основные этапы этнокультурного развития (по материалам СССР).//С.Э., 1985, № 4, с.13-22
[25] Мангатаева Д.Д. Население Бурятии: Тенденции формирования и развития.- Улан-Удэ, 1995.-131 с.
[26]Моногарова Л.Ф. Комплексная типология городов Таджикской ССР в свете этнической мозаичности их населения. – С.Э., 1972, № 6, с.23-30.
[27] Немцы в Бурятии.- Улан-Удэ, 1995.
[28]Нимаев Д.Д. Население Бурятии и формирование его национального состава.// Республике Бурятии 70 лет.- Улан-Удэ, 1993.- с-47-…
[29] Покшишевский В.В. Методы изучения этнической смешанности городского населения. – С.Э., 1983, № 1, с.16 – 23.
[30]Поляки в Бурятии.- Улан-Удэ, 1996.
[31] Рукавишников В.О. Население города. М., 1980, 245 с.
[32] Сметанич В. С. Национальный состав населения – важный вопрос типологии городов.- Уч. зап. Пермск. ун-та, 1970. № 242 // С.Э., 1983, № 1, с.16.
[33] Старовойтова Г.В. Этническая группа в современном Советском городе (социологические очерки). – Л., 1987, 174 с.
[34]Юхнева Н.В. Этнический состав и этносоциальная структура населения Петербурга. – Л., 1974, 255с.
[35] Юхнева Н.В. Изучение города как этнографическая проблема.// Этно-графические исследования Северо-Запада СССР. – Л., 1977, с.146.