Этническое самосознание тофаларов

Последние пятнадцать лет характеризуются активизацией этнических процессов в нашей стране. Сложность и многообразие этих процессов выдвигают на первый план задачу детальной проработки и всестороннего научного анализа теоретических и практических аспектов современного этнического развития и межэтнических отношений.

Здесь не обойтись без знания и учета психологических особенностей представителей различных национальных общностей и специфики их проявления в жизни и деятельности людей. Вместе с тем прикладные исследования психологии конкретных народов России пока еще являются редкими. Всё это и обусловило выбор темы исследования.

Расселение тофаларов, проживающих совместно с русскими в трех поселках Нижнеудинского района Иркутской области,  и их активные контакты с представителями других национальностей обусловили постепенное вытеснение из их жизни ряда самобытных культурно-бытовых особенностей новыми интегрирующими формами культуры. В этих условиях сохранение тофаларской идентичности во многом определяется их психологическими установками.

По данным нашего исследования (которое проходило в п. Алыгджер Нижнеудинского района Иркутской области в 2005 г.) в районе проживания тофаларов их численность составляет 662 человека. Были выделены половозрастные группы и проведено этнопсихологическое исследование. Выборка репрезентативна. Для эмпирического исследования были составлены выборочные группы респондентов: от 18 до 35 и от 36 до 58 лет. Все они были опрошены по этнопсихологическому опроснику, всего 54 человека.

Предметом нашего исследования явилось: этническое самосознание, этническая самоидентификация, установки на межнациональное общение.

Важной особенностью, влияющей на этническое самосознание явился переход от тофаларского языка к русскому. В возрастной группе от 18 до 35 лет никто не признал тофаларский язык родным и все респонденты в качестве родного языка указали на русский. Тофаларским языком в этой возрастной группе свободно никто не владеет, 1% – указали, что владеют с некоторым затруднением, 26% – понимают и 70% – совершенно не владеют.

В возрастной группе от 36 до 58 лет тофаларский язык признало родным 37% респондентов, но никто не указал его как основной разговорный язык, 29% – владеют им свободно, 3% – владеют с некоторыми затруднениями, 18% – владеют со значительными затруднениями, 24% – только понимают и 26% – не владеют тофаларским языком.

Настоящее состояние и функционирование родного языка в среде тофаларов обусловлено и может быть объяснено различным факторами: во – первых, это совместное проживание с русским этносом; во – вторых, существенная установка на изучение русского языка как социального более желательного и необходимого; в – третьих, большое количество межнациональных браков (в смешанных семьях основным разговорным языком является русский). Таким образом, можно с уверенностью утверждать о замене родного  языка русским.

Своеобразные характеристики этнического самосознания тофаларов проявляются в их этнической самоидентификации. 39% респондентов выбрали в качестве главного фактора национальной принадлежности национальность отца, 21% – собственное желание, 17% – национальность матери, 9% – общее историческое прошлое.  Из всех респондентов  54% определили себя тофаларами по происхождению – то есть по национальности одного или обоих из родителей. Среди респондентов, выбравших в качестве фактора самоидентификации собственное желание подавляющее большинство являются метисами и перед ними стоял выбор своей национальности, который они осуществили в пользу тофаларской. 

Такой показатель как принятый в семье язык не является существенным показателем, что подтверждает наш вывод о замене родного языка русским языком. Следовательно, уход родного языка из быта тофаларов не означает автоматической смены этнического самосознания.

В качестве важного эмпирического индикатора этнического самосознания тофаларов выступали и их представления об этноконсолидирующих и этнодиференцирующих факторах.

В возрастной группе от 18 до 35 лет важнейшим этноконсолидирующим фактором 37% респондентов считают сам факт проживания в Тофаларии, 33% считают таким фактором язык, 7% – обряды и обычаи.

В возрастной группе от 36 до 58 лет важнейшим этноконсолидирующим фактором 37% выбрали язык, 33% считают таким фактором родную землю, т.е. проживание в Тофаларии, 11% выбрали родную культуру, 5% – обряды и обычаи.

Более активную позицию респонденты проявили при выделении этнодиференцирующих факторов. Это подтверждает положение о том, что оппозиция «мы – они» имеет определяющее значение для самоидентификации этнической общности[1].

По мнению Бромлея Ю.В., «…суждения о свойствах своего этноса неразрывно связаны с представлением о характерных чертах других этнических образований и их членов»[2]. Данный механизм самоидентификации применим и по отношению к тофаларам. Так язык оценивают чаще как этнодифиренцирующий фактор, его отметили 38% респондентов. Далее ответы распределись следущим образом: 20% – всё одинаковое, 13% – обряды и обычаи, 5% – черты характера.

Во многих этнопсихологических и этносоциологических исследованиях авторы доказывают, что национальный язык является главным этнодифиренцирующим и этноконсолидирующим фактором. Национальный язык относится к категории признаков, определяющих национальные стандарты[3].

Что и подтверждают результаты нашего исследования, хотя среди респондентов выбравших язык как этнодифиренцирующий и этноконсолидирующий фактор 39% не владеют тофаларским языком, 2% говорят с некоторыми затруднениями, 12% – со значительными затруднениями, 24% только понимают и 17% говорят свободно.

Показателен тот факт, что в возрастной группе от 18 до 35 лет язык как этноконсолидирующий фактор занимает второе ранговое место, уступая такому фактору, как родная земля.

Также примечательно, что такой фактор как внешний облик в глазах респондентов не выступил существенным показателем. Можно предположить, что это тесно связано с тем, что среди респондентов 69% являются метисами.

Респондентам было предложено назвать национальности, которые представляются им наиболее близкими по языку и культурно – бытовым особенностям. Ответы на этот вопрос распределились следующим образом: тувинцы – 57%, буряты – 24%, хакасы – 15%, 13% не смогли указать такой национальности, узбеки – 7%, татары и киргизы по 5%.

Прежде всего обращает внимание тот факт, что абсолютное предпочтение респонденты отдали представителям тех национальностей, которые наиболее тесно контактировали с тофаларами в течение длительного времени. Первое место принадлежит тувинцам. Причем многие уточняли, указывая на отдельный тувинский субэтнос – тувинцев-тоджинцев, наиболее близкий по языку и культуре тофаларам.

Важным показателем этнической психологии на личностном уровне является характер установок на межнациональное общение. На вопрос «В каком коллективе по национальному составу вы предпочли бы работать» ответы распределились следующим образом: национальный состав не имеет значения – 72%, лучше в национально-смешанном коллективе – 15%, только в тофаларском – 7%, затруднились с ответом – 5%. По возрастным группам показатели не изменяются. Таким образом, тофалары одобрительно относятся к общению с лицами иной национальности.

Та же положительная установка прослеживается в отношении к межнациональным бракам. Для 61% не имеет значения какой национальности будет супруг, 26% относятся к смешанным бракам положительно, 11% – отрицательно, 2% затруднились с ответом. Отсюда следует вывод о том, что для современного этнопсихологического развития тофаларов характерны положительные ориентации в межнациональном общении.

Обобщая выводы нашего исследования можно сказать о преобладании положительных установок в межнациональном общении. Так же с уверенностью можно утверждать, что этническое самосознание тофаларов является устойчивым, хотя отмечается рассогласование между высоким ранговым местом языка как фактора этнодиференциации и этноконсолидации и фактическим не знанием родного языка, что в дальнейшем может привезти к деэтнизации тофаларов.


 

[*] Бахтин Сергей Александрович – студент 4 курса исторического факультета Красноярского государственного педагогического университета им. В.П. Астафьева
Сфера научных интересов: Национально-психологические особенности малочисленных народов средней Сибири, методология этнопсихологического исследования

e-mail:Antropos_smutos@mail.ru

[**] Работа выполнена по гранту КГПУ № 43-05-1/ФП


[1] Кон И.С. К проблеме национального характера // История и психология. М., 1971. С. 128; Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. М., 1966. С. 73-111; Крысько В.Г. Этническая психология. М., 2004. С. 94-100.
[2] Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. М, 1983. С. 177.
[3] Советская этнография. 1983 год № 1-4.