К вопросу о происхождении саманидов. часть 1. бахрам чубин

Вступление

В средневековой истории Средней Азии, как известно, особое место принадлежит династии Саманидов, многочисленные представители которой в течение IX – X вв. правили в столичной Бухаре и других городах и областях Хорасана и Мавераннахра[1]. В письменных источниках имеется достаточно много сведений о правлении различных представителях династии Саманидов, политической, экономической и культурной жизни того периода. Однако, о происхождении этой династии правителей Средней Азии сохранились весьма скудные и противоречивые данные. Хотя происхождение Саманидов до сих пор остается окутанным неизвестностью[2] , cреди многих исследователей преобладает мнение, что династия Саманидов была персидского происхождения[3] и имела отношение к династии Сасанидам[4], что нашло свое отражение в трудах других исследователей[5], так же как и почти во всех энциклопедических изданиях[6]. Поэтому определение истинного происхождения династии Саманидов является одним из наиболее актуальных вопросов, как отечественной исторической науки Узбекистана, так и мирового востоковедения.

Cведения о Саманидах можно встретить почти во всех арабских и персидских источниках по истории Средней Азии домонгольского периода[7]. Много ценных сведений о Саманидах приводятся также в историко-географических и историко-биографических трудах Х – ХII вв.[8] и других источниках[9]. Есть данные о существовании специального труда, посвященного истории династии Саманидов – "Та`рих-и Ал-и Саман" (История дома Саманова), который до нас не дошел[10]. Некоторые ценные сведения о Саманидах можно встретить и в отдельных источниках послемонгольского периода, многие из которых представляют не меньшую ценность, так как являются заимствованными из более ранних и не дошедших до нас источников[11]. Имеется специальный труд Мирхонда, посвященный истории правления Саманидов[12]. Ценные сведения о династии Саманидов предоставляет также их богатая нумизматика, которая, являясь документальным источником, значительно дополняет и уточняет данные письменных источников.

Родоначальник династии Саман-худат впервые появился на политической арене в первой четверти VIII в., когда он прибыл из Балха в Мерв к арабскому наместнику Хорасана Асаду ибн `Абд Аллаху ал Касри (или ал-Кушайри)[13], принял ислам при его содействии и назвал своего сына в его честь Асадом. Позднее вместе со своим сыном он принимал участие в движении Абу Муслима в Хорасане[14]. Впоследствии его сын Асад, вероятно во второй раз, принял ислам из рук самого халифа ал-Ма`муна[15] во время его пребывания в Мерве. Внуки Саман-худата, сыновья Асада – Нух, Ахмад, Йахйа и Илйас принимали участие в подавлении восстания под руководством Рафи` ибн ал-Лайса в Средней Азии[16]. За все эти заслуги ал-Ма`мун перед отъездом из Мерва в Багдад, распорядился назначить их правителями в городах Мавераннахра[17].

Родовое имя династии Саманидов связывается с именем-титулом предка – Саман-худата, который был основателем и владетелем селения Саман, расположенного, согласно источникам, в области Балха[18], Самарканда[19]или Термеза[20]. В устной традиции происхождение Саманидов связывается также с селением Сомон-бурун (Сол-бурун), расположенным в области Балха к юго-западу от Давлатабада[21], а также с селением Саманган, расположенным близ Ташкургана[22]. Средневековые селения с названием "Саман" зафиксированы также в области Бухары, Рея[23], Исфахана[24], в Хутталане[25] и даже в Индии[26]. Таким образом, из вышеизложенных данных следует, что топоним "Саман" был широко распространен в средние века на территории Средней Азии и за ее пределами[27].

Бахрам Чубин

В вопросе о происхождении Саман-худата в источниках имеются различные сведения. По некоторым данным[28], он был потомком сасанидского шаханшаха Бахрама Гура (правил в 420 – 438 гг.)[29] или Хосрова I Ануширвана (правил в 531 – 579 гг.)[30]. Однако, большинство источников возводит его родословную к сасанидскому полководцу Бахраму Чубину (VI в.)[31], который был поководцем сасанидского шаханшаха Хурмазда IV (правил в 579 – 590 гг.) и был сначала марзбаном Армении и Азербайджана[32], а затем Рея и Хорасана[33]. Имеются также данные, что Бахрам Чубин имел тюркское происхождение, и был выходцем из среды тюрков-огузов, находившихся на службе у Сасанидов[34].

После известной победы Бахрама Чубина над войсками эфталитов и тюрков в 588 г.[35]сасанидский шах Хурмазд[36]IV даровал ему Балх и весь Хорасан[37]. После убийства Чол-хакана[38] его сын Йил-тегин[39]укрепился в крепости Пайканда[40]. Бахрам Чубин осадил его и вынудил сдасться, в результате чего получил огромную добычу. Однако только часть ее он отправил Хурмазду, а все остальное присвоил себе. Это вызвало гнев шаханшаха, и последний сместил его с должности[41]. По другим данным, после победы над тюрками Бахрам Чубин был направлен на Кавказ, где воевал против византийских войск. В этой войне Бахрам Чубин потерпел поражение, после чего был смещен с занимаемой должности[42]. Однако, Бахрам Чубин отказался подчиниться Хурмазду и поднял в 590 г. против него восстание в Балхе[43]. Заключив союз с тюрками, он включил под свое командование воинские подразделения тюркских добровольцев, и двинулся с объединенным войском в столицу Сасанидов Ктесифон[44]. Его поддержала также большая часть народа[45]. Тем временем местная знать низложила Хурмазда IV и возвела на престол его сына Хосрова II Парвиза. Летом 590 г. Бахрам Чубин вступил со своими войсками в Ктесифон и провозгласил себя шаханшахом. Он объявил Сасанидов узурпаторами законной власти, которая по праву принадлежала парфянским Аршакидам, а себя – законным преемником их власти[46]. Хосров II Парвиз бежал из своей столицы в Византию к императору Маврикию. Узурпировав верховную власть Сасанидов, Бахрам Чубин правил один год и успел даже выпустить монеты со своим изображением[47]. В 591 г. объединенные войска армян, грузин, византийцев и оставшихся верными Хосрову персов нанесли Бахраму Чубину поражение при реке Балярат в Армении, после чего он был вынужден бежать на восток – в Фергану к тюркам[48], и стал другом и советником тюркского хакана Бармуды[49], женившись на его дочери[50]. Однако, через некоторое время он был убит наемным убийцей, которого подослал Хосров Парвиз[51].

Существует мнение, что во всей этой истории речь идет не о верховном тюркском хакане, а об эфталитском правителе Балха, имевшем бактрийский титул sawa (царь), и его сыне, имевшем титул pariowk (parmowk), потомками которого были и владетели храма Наубахар Бармакиды[52]. В таком случае, Сава-шах и Чол-хакан, так же как и Бармуда и Йил-тегин, должны были быть разными лицами, воевавшими вместе против Сасанидов. Если учеть, что после поражения эфталитов и тюрков в 590 г. значительная часть Тохаристана была занята войсками Сасанидов, Бахрам Чубин мог бежать от преследования последних только за пределы этой страны, скорее всего, на север[53], т.е. к "хакану Чина" Фирдоуси[54]. На наш взгляд, новые родственные связи Бахрама Чубина, скорее всего, были связаны с Ферганой, где имели местопребывание его потомки, считавшие себя "царской крови"[55], и претендовавшие на верховную власть в Сасанидском Иране[56].

Таковы имеющиеся сведения о жизни и деятельности Бахрама Чубина, содержащиеся в византийских, армянских, пахлевийских, арабо-мусульманских и других источниках.

Аршакиды

Известно, что Бахрам Чубин выдавал себя, или в самом деле был потомком Аршакидов из знатного парфянского рода Михран[57], который происходил из Рея[58]. Поэтому он имел прозвание Михрбандак[59] (в армянских источниках – Михревандак[60]). Бахрам Чубин был сыном Бахрама Гушнаспа[61](Джушанаса[62], Джушнас[63], Джашнаса[64], или Хасиса, сына Кузека[65]), который был марзбаном Азербайджана при шаханшахе Хосрове I Ануширване (правил в 531 – 579 гг.). По другим данным, он был потомком Бахрама IV Керманшаха[66].

По данным византийских источников, Варам, сын Баргусны (т.е. Бахрам Чубин) был родом из Разакена (Рей), из дома Миррам (Михран) рода Арсакидов. В начале он был зачислен в отряд царских телохранителей, затем командовал отрядом конницы, ходил в военные походы с Хосровом I Ануширваном в Вавилон а Армению и прославился своими подвигами на войне. Затем он был назначен главнокомандующим персидского войска и получил высокое звание "даригбедум царского стола"[67].

Происхождение парфян связывается с кочевыми племенами, относившимися к кругу скифов[68], и известных под общим именем дахов[69]. Дахи упоминаются также в древнеперсидских надписях как одно из сакских племен, которые жили в низовьях Сырдарьи, а в III в. до н.э. переселились на юг к границам Парфии[70]. По данным античных источников, Аршак был человеком низкого происхождения и занимался разбоем[71]. Затем он стал главой племени парнов, входивших в кофедерацию дахов и кочевавших вдоль реки Ох, отождествляемой с р. Теджен на юге Туркменистана[72] или руслом Келифского Узбоя[73]. В 3-четверти III в. до н.э. парны, объединив под своим командованием целый ряд других кочевых племен, захватили власть в Парфии и, смешавшись с местным оседлым населением, приняли самоназваниепарфян[74]. Существует мнение, что парн является термином не этническим, а социальным, и обозначал первоначально определенную возрастную группу молодых неженатых воинов[75].

Придя к власти в Парфии Аршакиды не утратили своих связей с кочевой степью, а напротив, активно поддерживали их путем заключения политических браков и союзов, более того, некоторые из Аршакидов подчеркивали свое происхождение из кочевой среды[76]. На монетах Аршакидов чаще всего изображен сидящий человек в костюме кочевника, держащий в правой вытянутой руке лук[77]. Процесс образования государств в зонах близкого сосуществования кочевников и оседлого населения всегда проходил при активном участии кочевников, которые, как правило, составляли основу военной силы таких государств[78].

По данным Себеоса, Аршак был "сыном царя тетальцев в Бахл-Шахастане в стране Кушанов, которому покорились все народы Востока и Севера"[79]. В другом месте этот же автор под "царем тетальцев" подразумевает тюркского хакана, воевавшего против Бахрама Чубина[80]. Армянские источники свидетельствуют о наличии не только иранских и армянских Аршакидов, но также кушанских и массагетских[81]. Данные топонимии античного времени позволяют предполагать, что падение власти греко-македонских завоевателей сопровождалось проникновением на территорию Средней Азии, Ирана и Кавказа кочевников, определенная часть которых была тюрко-язычной[82].

Данные армянских источников указывают на то, что кушаны, хиониты и эфталиты были родственными между собой племенами, входившими некогда в состав "великой сакской орды" – массагетов, и на раннем этапе своего развития были смешаны с хуннами[83]. По последним данным, с кругом кушанских кочевых племен были генетически тесно связаны и сако-парфянские племена[84]. Исходя из вышеизложенных данных, нам представляется, что среди племен, входивших в конфедерацию кочевых предков парфянcких Аршакидов, несомненно, могли быть и тюрки. Существует мнение, что парфяне (parth – pard) первоначально были тюрками, влившимися в состав ираноязычного населения Средней и Передней Азии. Этноним пард/бард в переводе с древнетюркского означает "богатый" и сохранился до сих пор в топонимии Кавказа (Барда) и Прикамья (Бардым)[85]. В Согласно Фирдоуси, Бахрам Чубин был правителем Барды и Ардебиля[86]. В средние века упоминаются город Барда`а[87], и гора по названию Аршак, которые находились в Азербайджане[88].

В этой связи интересно отметить, что значение социального термина парнсовпадает с предполагаемым первоначальным значением термина турк[89], который, происходит от слова tur-kun (tar-qan) со значением "возрастной класс молодых неженатых воинов"[90]. В таком случае, термин парн мог быть иранской калькой тюркского термина турк. Для имени Аршак предлагалась этимология от слов хвар (солнце) и шак или сак (племя), т.е. "солнце саков", что указывает на его привилегированное положение среди соплеменников[91]. Для слова сак предлагалась этимология от др. иранского глагола sak – "идти", "бежать", "падать", отсюда saka – "бегущий", "быстрый", "бродячий", "кочевой"[92]. Исходя из вышеизложенных данных, для этих слов может быть также предложена другая этимология, а именно – для первого от тюркского слова аr (мужчина)[93], а для второго – от тюркского глагола sak (saq) – "бодрствовать", "охранять", отсюда слова sak – "бодрствующий", "живой", "проворный", и sakci – "охраняющий", "сторож" и т.п.[94] В таком случае, имя Аршак (Арсак) может означать "глава саков", "предводитель саков" или "вождь саков", т.е. племен, занимающихся охраной границ империи Ахеменидов[95].

Балх

Таким образом, парфянские предки Бахрама Чубина, в действительности, были потомками кочевников Средней Азии[96], но после свержения греко-македонского ига их родовым имением стал город Бахл или Пахл (средневековый Балх). Из Балха происходили многие парфянские роды из ветви кушанских Аршакидов, в том числе и род Михран, к которому принадлежал Бахрам Чубин[97]. По данным Мовсеса Хоренаци, первый парфянский царь Аршак обосновался именно в Бахле (Балх), поэтому его потомки в этом городе назывались Пахлавами или Пахлавуни: Карен Пахлав, Сурен Пахлав, Испахпат Пахлав и др.[98] Себеос отметил, что Балх был первоначальной столицей Аршака[99]. Позднее Балх (Бактры) стал столицей Греко-Бактрийского царства. В кушанское время, по данным нумизматики, Западная Бактрия входила в сферу влияния Парфии[100]. В V в. при Сасанидах Балх был завоеван хионитами и эфталитами. Когда Сасанидский шах Ардашир бежал в Индию, он обещал вернуть Аршакидам их собственный дом Пахлав, престольный город Бахл и всю страну Кушанов[101]. Китайский паломник Сюань Цзан, посетивший Балх в VII в., называет его "малым царским городом"[102].

С Балхом был связан один из предков Бахрама Чубина по имени Милад, который был одним из иранских витязей и богатырей. Он был назначен главой царства, когда Кай-Кавус отрпавился из Балха в Мазандаран для ведения войны с врагами[103]. В тибетском документе VIII в. упоминаются потомки Бахрама Чубина, которые проживали в Балхе[104]. В средние века с именем Бахрама Чубина были связаны некоторые населенные пункты, расположенные в области Балха. Так, в XII в.в области Балха упоминается селениеЧубинабад[105], а в Х в. – селение Чубин, которое находилось на пути из Андхуда в Фарйаб в области Гузганан[106]. Можно предполагать, что эти селения, или одно из них, были родовым имением Бахрама Чубина. В ХVII в. в области Балха упоминается селение Чуба-Йузи, орошавшееся каналом Нахр-и Кут[107].

Согласно пахлевийским источникам, Спандийат, сын Виштаспа, построил в Бахле (Балх) сверкающую столицу Навазак и основал там чудотворный огонь Вахрама[108]. Можно предполагать, что "сверкающая столица Навазак с чудотворным огнем Вахрама" был не чем иным, как буддийским культовым центром Наубахар, расположенный в окрестностях Балха, и был превращен Сасанидами в зороастрийский храм[109]. Потомственными владетелями Наубахар и всех земель, принадлежащих этому монастырю, как известно, были Бармакиды, которые владели обширной территорией, окружавшей монастырь. Они владели также обширным рустаком, т.е. земледельческим округом по названию Раван, который находился в Тохаристане[110]. По некоторым данным, Бармакиды имели одно и то же происхождение с Саманидами[111]. Исходя из этих данных, можно предполагать, что после прихода к власти `Аббасидов и начала процесса частичного восстановления доисламской правовой системы предок Саманидов Саман-худат прибыл из Ферганы в Балх для предъявления права на свою долю имущества, принадлежавшего ранее роду Бахрама Чубина[112].

Таким образом, вышеизложенные данные свидетельствуют, что город Балх был первоначальной родиной и стольным городом Аршакидов, и последний период жизни Бахрама Чубина в Сасанидской империи был связан именно с этим городом.

Сасаниды и тюрки

Сасаниды, также как парфяне, широко применяли практику привлечения военных сил соседних "варварских" племен. Имеются данные, что еще при Ахеменидах тюрки принимали участие в военных действиях на стороне иранцев[113]. В IV в. Сасаниды использовали хионитов в войне против Византии. В 502 г. Кавад в союзе с эфталитами вновь предпринял поход против Византии, а в 503 г. эфталиты воевали на Кавказе против гуннов. В 527 – 532 гг. Сасаниды использовали савиров в войне с Византией. Хосров I Ануширван широко практиковал также поселения воинственных племен на границах, чтобы создать постоянные заслоны против кочевников[114]. Одним из приближенных Хосрова I Ануширвана был эфталит по имени Катульф[115].

Известно, что Хосров I Ануширвана был женат на дочери тюркского хакана по имени Кайэн[116] или Коким Хакан[117], который отождествляется с Истеми-хаканом Дизавулом[118]. Этот же хакан упоминается у Рашид ад-дина под именем – Кукем Йавкуй[119], у Абу-л-Гази – Кукем Бакуй[120], а у ат-Табари – Сир Йабгу[121]. В отличие от своих предшественников, Ануширван отказался от идей религиозного фанатизма господствующего ортодоксального зороастризма, и проводил политику веротерпимости в отношении христиан[122], последователей Маздака и других религиозных течений. Кроме того, он был известен своей просветительской деятельностью и приложил много усилий для развития светской науки и культуры[123]. За все это он был прозван Ануширваном Справедливым и Бессмертной Душой[124]. Его наследник на Сасанидском троне принц Хурмазд IV был наполовину тюрком, за что был прозван "Туркзаде". Он вел беспощадную борьбу с иранской знатью и жречеством, проводил мирную политику в отношении христиан и опирался на народные массы[125], значительную часть которых составляли эфталиты, тюрки и другие неиранские народы.

Итак, бракосочетание тюркской принцессы с шаханшахом было взаимовыгодным политическим шагом. Сасаниды были заинтересованы в нем, чтобы иметь союзника против эфталитов, а тюрки – чтобы оказывать влияние на политику Сасанидов. Cуществует мнение, что именно к этому верховному тюркскому хакану, вступившими в родство с Сасанидами, восходит родословная династии Саманидов[126], которая в отдельных источниках возводится также к Хосрову I Ануширвану[127]. В начале 1Х в. был известен арабоязычный поэт по имени Исхак ибн Хасан ал-Хуррами (ум. в 200/815-16 г.), который был уроженцем Согда и в своих стихах утверждал, что его отец Сасан, а Хосров ибн Хурмазд (т.е. Хосров П Парвиз) и Хакан были его двоюродными братьями[128].

Имеются данные, что в правление Хосрова I Ануширвана определенное время[129] имели место тесные связи Ирана с тюрками. Так, Ибн Хордадбех приводит предание, согласно которому, он построил города Баланджар и Самандар на территории Хазарского каганата[130]. Бахраму Чубину также приписывается основание ряда городов в стране тюрков. Так, по преданию, он основал город Сарир аз-Захаб (Золотой трон), который был стольным городом тюркского хакана. Он находился в Хазарской степи к северу от Баб ал-Абваба (Дербент) и в эпоху позднего средневековья был известен под названием Сарай Бату[131]. Ему приписывается также основание города Сараваст в стране тюрков[132]. Эти данные позволяют предполагать, что Бахрам Чубин после своего бегства из Ирана находился у тюрков достаточно длительное время, прежде чем был убит наемным убийцей.

Однако, это должно было иметь место не позднее начала VII в., поскольку когда пришедший к власти в 611 г. Джик (Зиг, Ших)-хакан одержал в союзе с эфталитами большую победу над Сасанидами и утвердил свою власть во свей восточной части Ирана вплоть до самого Рея и Исфахана[133], Бахрам Чубин уже не упоминается. Хотя впоследствии тюрки отвели свои войска назад к Амударье, они продолжали играть важную роль в последующей истории Сасанидской империи[134]. Так, по данным китайских источников, убийство Хосрова II Парвиза (Ko-su-ho) и возведение на престол его сына Шируйе (Se-li) было делом рук Тун-ябгу хакана[135]. После этого Сасанидские шахи стали управляемыми в руках тюркских хаканов[136]. В 629 г. после Шируйе и его сына Ардашира на сасанидский престол был возведен Хосров Хархан (Хармаз), сын Арслана, сына Бойунчура, который был одним из потомков Сасанидов, живших в стране тюрков[137].

По преданию, Хосров I Ануширван основал также город в Фергане, переселил в него людей из каждого дома и назвал его Хархане[138]. Это же предание было зафиксировано и в полной версии труда Ибн ал-Факиха[139], а также приводится в других более поздних источниках[140]. Устойчивость этого предания в народной традиции может указывать на то, что в правление Хосрова I Ануширвана действительно могла быть основана колония персов в Фергане и переселение туда какой-то части иранского населения. Это предположение подтверждается сообщением ат-Табари, согласно которому, Хосров I Ануширван, заключив союз с тюрками, совершил поход против эфталитов[141], и дошел до Ферганы, где оставил свою армию[142]. С Ферганой был связан и самый последний период жизни Бахрама Чубина после его бегства к тюркам[143].

Последний Сасанидский шах Йездигерд Ш (правил в 632 – 651 гг.), бежавший от арабов к тюркам, имел местопребывание именно в Фергане[144]. В дополнении Бал`ами к "Истории" ат-Табари имеется указание, что в 31/651 г. халиф `Усман (правил в 23 – 35/644 – 656 гг.) послал в Хорасан `Умара ибн `Усмана, который переправился через Джайхун и прибыл в Фергану. Предполагается, что этот первый разведывательный поход арабов имел цель провести там поиски Йездигерда[145]. В начале VIII в. упоминаются персы (аджам)[146], которые проживали в Фергане и стране тюрков[147]. Именно из среды персидских переселенцев, по-видимому, был выходцем и потомок Сасанидов Хосров Хархан (Хармаз), сын Арслана, сына Бойунчура, который жил в стране тюрков, и в 629 г. при помощи тюрков был возведен на Сасанидский престол после Шируйе и его сына Ардашира[148].

Чубин – Карга

Считается, что его второе имя Бахрама Чубина – "Чубин" или "Чубина"[149], означавшее в переводе со средне-персидского "ворона"[150], было его прозвищем на придворном жаргоне времени шаха Хормузда IV (правил в 576 – 590 гг.)[151]. В географическом трактате второй половины VIII в., переведенном на тибетский язык, среди тюркских племен и народов, населявших в то время Среднюю Азию, упоминается племя гар-рга-пур, проживавшее по соседству с племенами янь-ти (кушаны) и хе-бдал(эфталиты)[152]. Судя по всему, здесь речь идет, скорее всего, о народах, населявших Тохаристан, который находился в то время в пределах Западного Тюркского каганата. Существует мнение, что этноним гар-рга пур состоит из двух слов: тюркского гар-рга (ворона)[153] и персидского пур (сын), первое из которых является калькой персидского слова чубин (ворона). Так тюрки называли оставшихся жить в Балхе потомков Бахрама Чубина[154].

Ворон или ворона является центральным персонажем в мифологиях народов Сибири и индейцев Северной Америки, где он выступает как первопредок, культурный герой и могучий шаман. В мифологических представления народов Ближнего Востока, Северной Африки, Европы и Индии ворон является демоническим персонажем, и олицетворяет несчастье и дурное предзнаменовение[155]. В Сасанидском Иране образ ворона чаще всего использовался для обозначения враждебных чужеземцев[156]. У древних тюрков Ворон был символом восходящего Солнца, которое наряду с утренним голубым Небом олицетворяло верховное божество Тангри[157]. Следует полагать, что имя, обозначающее ворону, могло быть дано такому человеку как Бахрам Чубин[158] только в той среде, в представлениях которой эта птица рассматривалась в качестве положительного героя[159].

Можно также предполагать, что прозвище Бахрама Чубина могло отражать его родовую принадлежность к вышеупомянутому племени кар-рга (карга). Имеются данные, что один из предков Бахрама Чубина носил имя Чубин ибн Милад. Он был из рода Ануш[160], известного как ар-Рам[161]. Следовательно, имя "Чубин" могло быть родовым именем Бахрама Чубина, которое являлось персидской калькой его тюркского ориганала "Карга". Этот же Чубин ибн Милад, который был предком Бахрама Чубина в 19-поколении, в других источниках упоминается под именем Каркин[162], Каргин ибн Милад[163] или Гаргин ибн Милад[164]. В "Шахнаме" Фирдоуси, Гаргин, сын Милада упоминается среди витязей и военачальников древнего иранского царя Кай-Кавуса[165], и характеризуется как воинственный, отважный, испытанный в битвах, не знающий страха и гордый герой[166], хотя и совершает предательство, выдав своего соратника Афрасиабу[167]. Его отец Милад также был одним из иранских героев и богатырей, и был назначен главой страны во время похода Кай-Кавуса из Балха в Мазандаран[168].

Есть мнение, что происхождение имени Гаргин (Каркин, Каргин) связано со словом гург ("волк"), с которым также связано название иранской области Гурган[169]. Однако, написание этого имени в некоторых персоязычных источниках (Каргин, Каркин) позволяет предполагать, что здесь имеется в виду именно слово карга или каргин в значениях "ворон" и "ворона", которое могло быть первоначальным тюркским именем или прозвищем его носителя, которое впоследствии было калькировано персами в "Чубин"[170]. В "Шахнаме" Фирдоуси упоминается также военачальник по имени Каркуй, которай был сыном Сальма и дочери Зохака[171]. Однако, имел ли он какое-либо отношение к Бахраму Чубину, предстоит еще выяснить.

Существует мнение, что происхождение Бахрама Чубина было связано с одним из тюркских племен Средней Азии[172]. Среди средневековых кочевых туркмено-огузских племен упоминается племя (эль) по названию Каркын[173]. Имя Каркын (Qarqin) носил один из легендарных предков тюрков-огузов, который, согласно их родословной, являлся четвертым сыном Йулдуз-хана, третьего сына Огуз-хана[174], а также другой огузский правитель Каркын Конак-Алп[175]. Согласно преданию, имя Каркын означало "утоляющий голод народа" или "хлебосольный", а его онгоном, т.е. священной птицей[176], был ястреб или водяной (речной) беркут (су баркути)[177]. Согласно персидским толковым словарям, имя Чубинак также означает "водяная птица" (мург-и оби) или "речная птица" (мург-и дарйоий)[178]. Представляется, что такое совпадение значений этих имен (Каркын и Чубинак) не является случайным, и вполне возможно, что второе из них является калькой первого. Этот онгон можно сравнить с образом Буркут-Баба, в котором переплелись черты древних земледельческих и шаманских божеств. Согласно мифологическим представлениям тюркских народов, Буркут-Баба был "хозяином" дождя и погонял облака плетью, отчего происходят гром и молния, предшествующие дождю[179]. Этой птицей, связанной с водой или дождем и являвшейся онгоном тюркского племени, мог быть и журавль, который обитает в болотах и водоемах, граничащих с земледельческими районами[180]. В устной традиции слово чубина имеет именно значение "журавль"[181]. Среди туркмен еще недавно было в обычае приносить в засушливые годы в жертву козленка покровителю дождя Буркут-ата, который отождествлялся ими с образом "хозяина дождя" – деда Коркута[182].

Исходя из вышеизложенных данных, нам представляется, что предки Бахрама Чубина имели родственное отношение к одному из тюркских по происхождению племен Средней Азии, онгоном которого была птица – ворона, речной беркут или журавль[183]. Это племя могло входить в древности в круг племенного объединения парфян[184], а затем наряду с хионитами, кидаритами, эфталитами и тюрками[185], находилось на службе у ранних Сасанидов[186], и у более поздних представителей этой династии[187].

Название тюркского рода или племени по имени карга сохранилось также в исторической и современной топонимии Средней Азии. Так, в средние века Хорасане упоминается населенный пункт Каргалы-Илик[188]. Среди тюркских родов, вошедших в состав узбеков, каракалпаков, башкир и других тюркских народов упоминаются роды каргын[189]каргар[190] и карга[191], названия которых сохранились в топонимии Ферганской долины, Хорезма, долин Зарафшана и Кашкадарьи[192]. В Ташкенте еще в начале ХХ в. была махалля, которая называлась Кара-Карга и находилась в районе нынешнего квартала Себзар. Среди тюркских родов, вошедших в состав современных узбеков, упоминается также племя по названию буркут[193], название которого впоследствии превратилось в бургут, и сохранилось в топонимии Узбекистана[194]. Названия семейно-родственных групп, связанные с животными и птицами, происходящие от патронимов, т.е. прозвищ предков, особенно часто встречаются в топонимии Ферганской долины[195].

Заключение

Таким образом, исходя из вышеизложенных данных, можно с достаточным основанием предполагать, что Бахрам Чубин был выходцем из среды древнего знатного тюркского рода, являвшегося ветвью кушанских или массагетских Аршакидов и входившего в конфедерацию кочевых скифских племен Средней Азии, положивших конец власти греко-македонских завоевателей в Парфии и основавших независимое Парфянское царство во второй половине III в. до н.э.

Фамильное владение его рода находилось в городе Пахл (средневековый Балх), из которого происходили также некоторые другие потомки Аршакидов, сохранившие свое высокое положение и в правление Сасанидов. После завоевания Хорасана и других областей Ирана они смешались с местным населением и, постепенно утратив свой язык, подверглись поверхностной иранизации. Однако, при этом они всегда хранили память о своем происхождении, что не мешало им вступать в родственные отношения с кочевыми племенами, в том числе и с тюрками.

Владение самого Бахрама Чубина также было расположено в области Балха или в области Гузганан, на пути из Андхуда в Фарйаб и было основано им во время его пребывания на должности марзбана (сатрапа) Хорасана с резиденцией в Балхе. Оно продолжало существовать вплоть до самого арабского завоевания и принадлежало его потомкам. Еще в средние века оно сохранило свое древнее название, и было известно как селение Чубин или Чубинабад.

В конце своей жизни Бахрам Чубин поднял в Балхе восстание против Сасанидов и, заключив союз с тюрками и включив под свое командование воинские подразделения тюркских добровольцев, двинулся с объединенным войском в столицу Сасанидов – Ктесифон. Его поддержала также большая часть народа. Захватив власть в столице Сасанидов, Бахрам Чубин объявил их предка Сасана узурпатором законной власти, которая по праву принадлежала парфянским Аршакидам, а себя – законным преемником их власти. Узурпировав верховную власть Сасанидов, Бахрам Чубин правил один год, после чего потерпел поражение от византийских войск и был вынужден бежать на Восток – к тюркам. Там он стал другом и советником тюркского хакана, а затем вступил с ним в родственные отношения, женившись на его дочери. Последним местожительством Бахрама Чубина, по-видимому, была Фергана, где имели местопребывание и его потомки от брака с тюркской царевной – предки Саманидов. Саман-худат был потомком Бахрама Чубина в четвертом или пятом поколении.


 

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

Источники

`Абд ар-Рашид ал-Бакуви. Китаб талхис ал-асар ва аджа иб ал-малик ал-каххар (Сокращение книги о "памятниках" и чудеса царя могучего) / Издание текста, перевод, предисловие, примечания и приложение З.М.Буниятова. М.: Наука, 1971.
Абу Бакр Мухаммад ибн Жаъфар ан-Наршахий. Бухоро тарихи / Форс тилидан А.Расулев таржимаси. Тошкент, 1993. 
Абу-л-Касим Фирдоуси. Шах-наме. Сказание о Бахраме Чубине. Сталинабад, 1952. 
Абу Мансур ас-Саолибий. Йатимат ад-дахр фи махосин ал `аср / Тадкик килувчи, таржимон, изох ва кўрсаткичларни тузувчи И.Абдуллаев. Тошкент: Фан, 1976.
Абу Рейхан Бируни. Памятники минувших поколений / Перевод и примечания М.А. Салье // Избранные произведения. Т. 1. Ташкент, 1957. 
Абу Са`д `Абд ал-Карим ибн Мухаммад ас-Сам`ани. Ал-Ансаб // Изд. `Абд ар-Рахмана ибн Йахйа ал-Му`аллими ал-Йамани. В 10 томах. Байрут, 1981.
Абу Са`ид Гардизи. Зайн ал-ахбар. Украшение известий. Раздел об истории Хорасана / Перевод с персидского языка А.К.Арендса. Введение, комментарии и указатели Л.М.Епифановой. Ташкент, Фан, 1991. 
Абу-л-Фазл Байхаки. История Мас`уда (1030 – 1041) / Перевод с персидского, введение, комментарий и приложения А.К.Арендса. Изд. 2-е, дополненное. М.: Наука, 1969. 
Гийасаддин `Али. Дневник похода Темура в Индию / Перевод с персидского, предисловие и примечания А.А.Семенова. М.: Наука, 1958. 
Древние авторы о Средней Азии (VI в. до н.э. – III в. н.э.). Хрестоматия. Под ред. Л.В.Баженова. Ташкент: Изд-во АН Уз, 1940. 
"История" ат-Табари. Избранные отрывки / Перевод с арабского В.И.Беляева. Дополнения к переводу О.Г.Большакова и А.Б.Халидова. Ташкент: Фан, 1987. 
"История халифов" анонимного автора Х1 века / Факсимиле рукописи, предисловие П.А.Грязневича. М.: Наука, 1967.
Кононов А.Н. Родословная туркмен. Сочинение Абу-л-Гази хана хивинского. М.; Л., 1958. 
Махмуд ибн Вали. Море тайн относительно доблестей благородных (География) / Введение, перевод, примечания, указатели Б.А.Ахмедова. Ташкент: Фан, 1977.
Махмуд Кошагрий. Туркий сўзлар девони (Девону-лугот ит-турк) / Таржимон ва нашрга тайёрловчи С.М.Муталлибов. 3 томлик. Тошкент: Фан, 1960 – 1963.
Мухаммад Наджиб Бекран. Джахан-наме // Материалы по истории киргизов и Киргизии Выпуск 1. М., 1973. С. 46 – 51. 
Навоий А. Тарихи мулуки `Ажам // Асарлар. 15 томлик. Тошкент, 1967. 
Рашид ад-дин. Сборник летописей. В 3-х частях / Перевод с персидского Л.А.Хетагурова, О.И.Смирновой, Ю.П.Верховского и А.К.Арендса. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1946 – 1952.
Сиасет-намэ. Книга о правлении вазира ХI столетия Низам ал-Мулька / Перевод, введение в изучение памятника и примечания Б.Н.Заходера. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1949. 
Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии V – VII вв. М., 1979. 
Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии. VIII – ХVIII вв. М.: Наука, 1985. 
Фазлаллах Рашид ад-дин. Огуз-наме / Перевод с персидского, предисловие, комментарии, примечания и указатели Р.М.Шукюровой. Баку: Элм, 1987.
Феофилакт Симокатта. История / Перевод с греческого С.П.Кондратьева. М., 1957. 
Фирдоуси. Шахнаме. Т. 1. От начала поэмы до сказания о Сохрабе / Перевод с персидского, изд. Ц.Б.Бану, А.Лахути, А.А.Старикова. М., 1957.
Фирдоуси. Шахнаме. Т. 3. От сказания о битве Ростема с хаканом Чина до царствования Лохраспа / перевод с персидского Ц.Б.Бану-Лахути. М., 1965. 
Хафиз-и Таныш ибн Мир Мухаммад Бухари. Шараф-нама-йи шахи (Книга шахской славы). Факсимиле рук. Д 88. Перевод с персидского, введение, примечания и указатели М.А.Салахетдиновой. В 2-х частях. М.: Наука, 1983. 
Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari, Annales, ed. M.J. De Goeje, I – III sreies, Lugduni-Batavorum: E.J.Brill, 1964. 
Abu Hanifa ad-Dinawari, Kitab al-Ahbar at-tiwal, publie par V. Guirgass, Leide: E.J.Brill, 1888.
Abu-l-Kasim Ibn Haukal an-Nasibi, Opus geographicum, ed. M.J. De Goeje, Bibliotheca geographorum arabicorum, pars 2, Lugduni-Batavorum: E.J.Brill, 1967.
Abu-l-Kasim `Obaidallah ibn `Abdallah Ibn Khordadhbeh, Kitab al-masalik wa-l-mamalik (Liber viarum et regnorum), ed. M.J. de Goeje, Bibliotheca geographorum arabicorum, pars 3, Lugduni-Batavorum: E.J.Brill, 1967. 
Chavannes E. Documents sur les Tou-Kiue (Turks) occidentaux // Сборник трудов Орхонской экспедиции, вып. 6. СПб., 1903. 
The Farsnama of Ibnu`l-Balkhi, ed. by G. le Strange and R.A.Nicholson ("E.J.W.Gibb Memorial" series), London, 1921.
Firdousi, Le livre des rois, ed. J.Mohl, I – VI volumes, Paris, 1868. 
Frye R.N. The History of Bukhara, translated from a Persian abridgement of the Arabic original by Narshakhi, Cambridge, 1954. 
Hamzae Ispahanensis, Annalum, libri X, ed. M.E. Gottwaldt, t. 1, Textus arabicus, Petropoli – Lipsiae, 1814. 
Hudud al-`Alam, the regions of the world, a persian geography, translated and explained by V. Minorsky. London, 1970.
Ibn Wadhih qui dicitur al-Ja`kubi, Historiae, pars I – II, ed. M.Th.Houtsma, Lugduni-Batavorum; E.J.Brill, 1883. 
Jakut`s geographisches worterbuch aus den handschriften zu Berlin, St.-Petersburg, Paris, London und Oxford . . . von F.Wustenfeld, band I – VI, Leipzig, 1866.
Macoudi. Les prairies d`or, text et traduction C.Barbier de Meynard, t. I – IX, t.2, Paris: Societe Asiatique, 1863. 
Mirkhond. Histoire des Samanides, texte Persan, traduit et accompagne des notes critiques, historiques et geographiques par M.Defremery, Paris: Imprimerie Royal, 1845. 
Shamsaddin Abu `Abdallah Mohammad ibn Ahmad al-Moqaddasi, Descriptio Imperii moslemici, ed. M.J. de Goeje, Bibliotheca geographorum arabicorum, pars 3. Lugduni-Batavorum, 1967. 
The Tarikh-I Guzida or Select History of Hamdallah Mustawfi-I Qazwini, compiled in A.H. 730 (A.D. 1453) by E.G.Browne with indices of the fac-simile text by R.A. Nicholson, vol. 1, Text ("E.J.W.Gibb Memorial" Series, vol. XIV), Leiden – London, 1910. 
Zeki Velidi Togan A.. Oguz destani. Resideddin Oguznamesi, Tercume ve Tahlili, Istanbul, 1972.

Научная литература

Абдухолик Абдурасул ўгли. Туркий халклар тарихига оид бир тибетча хужжат // Узбекистонда ижтимоий фанлар, 1997, № 6. 72 – 77 бетлар. 
Азимов Ш. Государство и право Саманидов. Душанбе: Ирфон, 1999. 
Алиев К. К вопросу о номадах Средней Азии и древнего Азербайджана (Атропатены и Кавказской Албании) // Центральная Азия в кушанскую эпоху. Т. 2. Труды международной конференции по истории, археологии и культуре Центральной Азии в кушанскую эпохую (Душанбе, 1968). М., 1974. С. 176 – 179.
Беленицкий Б.А. Истоки саманидской цивилизации // 1100-летие образования государства Саманидов. Материалы международной конференции. СПб., 1999. С. 19 – 24. 
Бертельс Е.Э. История персидско-таджикской литературы // Избранные труды. Т. 1. М., 1960. 
Бобоёров Г.Б. Марказий Осиёда VI – VIII асрларнинг иккинчи яримидаги сиёсий этник жараёнлар (Орхун Энасой ёзувидаги манбалар асосида). Тарих фанлари номзоди . . . диссертация. Тошкент, 2003. 
Босворт К.Э. Мусульманские династии. Справочник по хронологии и генеалогии / Перевод с английского и примечания П.А.Грязневича. М.: Наука, 1971. 
Брэм А.Э. Жизнь животных. В 3-х томах. Т. 2. Птицы. М., 1992. 
Буниятов З.М. Государство хорезмшахов-Ануштегинидов (1097 – 1231). М., 1986.
Вайнберг Б.И. Этногеография Турана в древности и раннем средневековье (VII в. до н.э. – VIII в. н.э.). М., 1999. Гафуров Б.Г. О причинах возвышения и падения Саманидов // Советское востоковедение, 1958, № 1. С. 51 – 55. 
Губаева С.С. Патронимия в топонимии Ферганской долины // Ономастика Средней Азии. М., 1978. С. 28 – 37. 
Гумилев Л.Н. Бахрам Чубин (опыт критики источников) // Проблемы востоковедения, 1960, № 3. С. 228 – 241. 
Гумилев Л.Н. Древние тюрки. Л.: Наука ЛО, 1969. 
Гусейнов Р. Сирийские источники ХII – ХIII вв. об Азербайджане. Баку, 1960. 
Демидчик В.П. "География" или "Памятники стран и предания о людях" Закарийа Казвини. Душанбе: Ирфон, 1977. 
Джалилова Р.П. Некоторые дополнения Бал амии к "Истории" ат-Табари (по истории Средней Азии) // Материалы по истории и истории науки и культуры народов Средней Азии. Ташкент, 1991. С. 6 – 17. 
Древнетюркский словарь. Л.: Наука ЛО, 1969. 
Дьяконов М.М. Очерк истории древнего Ирана. М., 1961. 
Жирмунский В.М. Огузский героический эпос и "Книга Коркута" // Книга моего деда Коркута. Огузский героический эпос. Перевод В.В.Бартольда. Изд. В.М.Жирмунского и А.Н.Кононова. М.; Л., 1962. 
Захаров А.О. Бактрия в 1 в.н.э.: "пять владений" Юечжей // Восток (Oriens), 2002 № 5. С. 18 – 29. 
Зуев Ю.А. Ранние тюрки: очерки истории и идеологии. Алматы, 2002.
Инойат Аллах Ризо. Ирон ва Туркон дар рузгор-и Сосонийон. Техран, 1374/1955. 
Камалиддинов Ш.С. Историческая география Южного Согда и Тохаристана по арабоязычным источникам IХ – начала ХШ вв. Ташкент, 1996.
Кармышева Б. Х. Очерки этнической истории южных районов Таджикистана и Узбекистана. М.: Наука, 1976. 
Кононов А.Н. Опыт анализа термина "турк" // Советская этнография, 1949, № 1. С. 40 – 47. 
Кораев С. Географик номлар маъноси. Тошкент, 1978. 
Лапшин А.Г. Династический культ Аршакидов // Культурные ценности (Bibliotheca Turkmenica). Международный ежегодник. 1997 – 1998. СПб.: Европейский дом, 1999. С. 80 – 93. 
Маршак Б.И. К вопросу об истоках согдийской культуры // Древние цивилизации Еврвзии. История и культура М., 1998. С. 61 – 63. 
Массон М.Е. Народы и области южной части Туркменистана в составе Парфянского государства // Труды Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедиции. Том 5. Ашхабад, 1955. С. 3 – 47. 
Мелитинский Е.М. Ворон // Мифы народов мира. Энциклопедия в 2-х томах. М., 1991. Т. 1. С. 245 – 247. 
Мифы народов мира. Энциклопедия в 2-х томах. М., 1991. 
Мухторов А. Сомониён: замон ва макон. Душанбе: Сурушан, 1999. 
Негматов Н.Н. Государство Саманидов (Мавераннахр и Хорасан в IХ – Х вв.). Душанбе: Дониш, 1977. 
Охунов Н. Жой номлари таъбири. Тошкент, 1994. Периханян А.Г. Общество и право Ирана в парфянский и Сасанидский периоды. М.: Наука, 1983. 
Персидско-русский словарь, в 2-х томах (свыше 60 тыс. слов). М., 1970;
Персидско-русский словарь, в 2-х томах. М., 1985. 
Пигулевская Н.В. Византия и Иран на рубеже VI и VII веков. М.; Л., 1946.
Пигулевская Н.В. и др. История Ирана с древнейших времен до конца ХVIII в. Л., 1958. 
Русско-персидский словарь (11 тыс. слов). М., 1982.
Русско-турецкий словарь (47 700 слов). М., 1972. Cалахетдинова М.А. К исторической топонимии Балхской области // Палестинский сборник, вып. 21 (84). Ближний Восток и Иран. Л., 1970. С. 222 – 228. 
Семенов А.А. К вопросу о происхождении Саманидов // Труды ИИАЭ АН ТаджССР. Т. 27. 
Сборник статей, посвященных истории и культуре периода формирования таджикского народа и его государственности (IХ – Х вв. н.э.). Сталинабад, 1955. C. 3 – 11. 
Ставиский Б.Я. О международных связях Средней Азии в V – сер. VIII вв. (в свете данных советской археологии) // Проблемы востоковедения, 1960, № 5. С. 108 – 118. 
Султанов Т.И. Опыт анализа традиционных списков 92 "племен илатийа" // Средняя Азия в древности и средневековье (история и культура). М., 1977. 
Толстов С.П. К истории древнетюркской социальной терминологии // Вестник древней истории, 1938, № 1 – 2. С. 72 – 81. 
Тревер К.В. Кушаны, хиониты и эфталиты по армянским источникам IV – VII вв. (к истории народов Средней Азии) // Советская археология, Т. 21. М.; Л., 1954. С. 131 – 147. 
Тревер К.В., Якубовский А.Ю., Воронец М.Э. История народов Узбекистана. Т.1. С древнейших времен до начала ХYI века. Ташкент: Изд-во АН Уз, 1950. 
Усанова М. Исмоил Сомоний вакфномаси // Шаркшунослик, № 6. Тошкент, 1995. C. 24 – 31. 
Хайр ад-дин аз-Зирикли. Ал-А`лам. Камус тараджим ли-ашхар ар-риджал ва-н-ниса` мин ал-`араб ва-л-мусташрикин ва-л-муста`рибин, фи 10 аджза`. Ал-Кахира, 1954 – 1959. 
Хакимов З.А. Памятники архитектуры в Южном Узбекистане // Художественная культура Средней Азии 1Х – ХШ вв. Ташкент, 1983.
Bosworth C.E. Samanids, in: Encyclopaedy of Islam, New Edition, prepared by a number of leading orientalists, vol. 8 (Ned – Sam). Leyden, 1995, p. 1025 – 1029. 
Browne E.G. A Literary History of Persia, I – IV volumes, vol. 1, From the Earliest Times until Firdawsi (to 1000 AD), Bethesda, Maryland: Iranbooks, 1997. 
Clauson G. An Etymological Dictionary of Pre-Thirteenth-Century Turkish, Oxford, 1972.
Czegdely K., Bahram Cobin and the Persian apocalyptic literature, in: Acta Orientalia Academiae Scientiarum Hungaricae, t. VIII, 1958, fasc. 1, p. 21 – 43. 
Dictionnaire geographique, historique et litteraire de la Perse et des contree anjacentes par C. Barbier de Meynard, Paris, 1861. 
Frye R.N. The Samanids, in: The Cambridge history of Iran, in 7 volumes, vol. 4. The period from the Arab invasion to the Saljuqs. Cambridge, 1993, p. 136 – 161. 
Gobl R. Sasanian Numismatics, with 16 Minting Tables and 16 Plates, translated by P.Severin, Vienna, Braunschweig, 1971. 
Golden P.B. An Introduction to the History of the Turkic Peoples, Ethnogenesis and State-Formation in Medieval and Early Modern Eurasia and the Middle East (Turcologica. Band 9). Wiesbaden: Otto Harrassowitz, 1992. 
Harmatta J., Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara under Western Turk rule (650 – 750), part 1, History of the regions, in: History of civilizations of Central Asia, vol. 3, Paris, 1996, p. 367 – 401.
Jullien S. Memoires sur les contrees accidentaux, I – II volumes, Traduites du sanscrit en chinois en l`an 668 par Hiouen Tsang, Paris, 1857 – 1858. 
Manz B.F.Multi-ethnic Empires and the formulation of identity, in: Ethnic and Racial Studies, vol 26 No 1, January 2003, pp. 70 – 101. 
Marek J.Olbrycht, Parthia and Nomads of Central Asia. Elements of Steppe Origin in the Social and Military Developments of Arcakid Iran, in: Orientwissenschaftliche Hefte, Mitteilungen des SFB "Differenz und Integration" 5: Militar und Staatlichkeit, 12, 2003, Herausgeber, Orientwissenschaftliches Zentrum der Martin-Luther-Universitat Halle-Wittenberg, p. 69 – 109.
Markwart J. A Catalogue of provincial capitals of Eran-shahr, Pahlavi text, version and commentary, Roma, 1931.
Meyer Ed. Der Papirusfund von Elfantine. Leipzig, 1912. 
Zekiyev Mir Fatih. On ve Orta Asya, Kafkasya, Karadeniz`in Kuzeyi, Idil-Ural, ve Bati Sibirya`daki eski Turkler, in: Turkler, Yeni Turkiye yayinlari, cilt 1. Istanbul, 2002, s. 425 – 432. 
Noldeke Th. Geschichte der Perser und Araber Zeit der Sasaniden. Leyden, 1879.
Perry I. Ethno-Linguistic Markers of the Turco-Mongol military and Persian Bureaucratic castles in pre-modern Iran and India, in: Orientwissenschaftliche Hefte, Mitteilungen des SFB "Differenz und Integration" 5: Militar und Staatlichkeit, 12, 2003, Herausgeber, Orientwissenschaftliches Zentrum der Martin-Luther-Universitat Halle-Wittenberg, p. 111 – 125.
Samanids, in: Encyclopaedia Britannica, in 24 volums, a new survey of universal knowledge, Chicago – London – Toronto, 1956, vol. 19, p. 916 – 917.
Samaniden, in: Brochaus die Enzyklopadie, in 24 Banden, Leipzig, 1996, Band 19 (Sag – Seie), s. 75. 
Samanides, in: Grand Larusse encyclopedique, en dix volumes, Paris, 1964, t. 9, p. SAL. Shahbazi A.Sh. Bahram VI Chobin, in: Bahram: VII, Encyclopaedia Iranica, ed. by Ehsan Yarshater, vol. III (Atas – Bayhaqi), London – New York, 1989, p. 514 – 522; Validi Togan A. Z. Umumi Turk tarihina giris, 1-cilt. En eski devirlerden 16 asra kadar, 3-baski, Istanbul, 1981. 
Wolf F. Clossar zu Firdousis Schahname, Berlin, 1953. 
E. De Zambaur, Manuel de Genealogie et de Chronologie pour I`Histoire de l`Islam avec 20 tableau genealogiques hors texte et 5 cartes, Hanovre: Libraire Orientaliste Heinz Lafaire, 1927. 


 

[*] Ш.С.Камолиддин – д.и.н., Института истории АН РУз., руководитель гранта 
[1]О них см.: Босворт К.Э. Мусульманские династии. С. 145 – 147; Негматов Н.Н. Государство Саманидов 
2 Frye R.N. The Samanids, p. 136. 
[2] Frye R.N. The Samanids, p. 136.
[3] Bosworth C.E. Samanids, p. 1025; Беленицкий Б.А. Истоки саманидской цивилизации. С. 19 – 24; Browne E.G. A Literary History of Persia, pр. 207, 352 и др.
[4] Хайр ад-дин аз-Зирикли. Т. 1. С. 290; Гафуров Б.Г. О причинах возвышения и падения Саманидов. С. 51 – 55 и др.
[5] Perry I. Ethno-Linguistic Markers, p. 118; Manz B.F.Multi-ethnic Empires and identity, p. 80; Golden P.B. An Introduction to the History of the Tutkic Peoples, p. 192 и др.
[6] Samanids, in: Encyclopaedia Britannica, vol. 19, p. 916 – 917; Samaniden, in: Brockhaus die Enzyclopadie, band 19, s. 75; Samanides, in: Grand Larusse encyclopedique, t. 9, p. SAL.
[7] К таким относятся, например, исторические труды «Та’рих-и Бухара» Наршахи, «Зайн ал-ахбар» Гардизи, «Та’рих ал-Йамини» ал-‘Утби, «Ал-Камил фи-т-та’рих» Ибн ал-Асира, «Та’рих-и Мас‘уд» Абу-л-Фазла Байхаки, дополнения Бал‘ами к «Истории ат-Табари» и др.
[8] Это – труды арабских географов Х в. ал-Мукаддаси, ал-Истахри, Ибн Хаукала, а также «Ал-Ансаб» Абу Са‘да ас-Сам‘ани, «Худуд ал-‘алам», «Ал-Канд фи зикр ‘улама’ Самарканд» Абу Хафса ан-Насафи, «Му‘джам ал-булдан» Йакута, «Ал-Лубаб» Ибн ал-Асира и др.
[9] Например, «Ал-Асар ал-бакийа» Беруни, «Фаза’ил Балх», «Сиасат-намэ» Низам ал-Мулка и др.
[10] Абу-л-Фазл Байхаки. С. 175; Хафиз-и Таныш ибн Мир Мухаммад Бухари. Ч. 1. С. 222.
[11] К таким относятся, например, «Бахр ал-асрар» Махмуда ибн Вали, «Та’рих-и гузида» Хамдаллаха Казвини, «Хабиб ас-сийар» Хондамира, «‘Абдаллах-нама» Хафиз-и Таниша, «Огуз-наме» Рашид ад-дина, Вакф-наме Исма‘ила ибн Ахмада ac-Самани, «Ан-Нуджум аз-захира» Ибн Тагрибарди и др. 
[12] Mirkhond. Histoire des Samanides, 1845.
[13] Абу Мунзир Асад ибн ‘Абд Аллах – наместник Джурджана в 98/716-17 г., а затем Хорасана в 106 – 109/724 – 728 гг. и 117/735 г.; ум. в 120/737-38 г.
[14] Хайр ад-дин аз-Зирикли. Т. 1. С. 290; Frye R.N. The Samanids, p. 136.
[15] В 182 – 198/798 – 812 гг. был правителем Хорасана с резиденцией в Мерве, а в 198 – 218/813 – 833 гг. – халиф с резиденцией в Багдаде.
[16] Абу Бакр Мухаммад ибн Жаъфар ан-Наршахи. 69-бет.
[17] Негматов Н. Государство Саманидов. С. 18.
[18] Hamzae Ispahanensis, Annalum, p. 237; Абу Бакр Мухаммад ибн Жаъфар ан-Наршахий. 132-бет. 
[19] Shamsaddin Abu ‘Abdallah Mohammad ibn Ahmad al-Moqaddasi, p. 337 – 338. 
[20] Семенов А.А. К вопросу о происхождении Саманидов. С. 3 – 11.
[21] Cалахетдинова М.А. К исторической топонимии Балхской области. С. 225.
[22] Хакимов З.А. Памятники архитектуры в Южном Узбекистане. С. 153.
[23] Абу Мансур ас-Саолибий. Йатимат ад-дахр. 219, 531 бетлар.
[24] Jakut’s geographisches worterbuch, band 3, s. 13; Dictionnaire geographique, p. 297.
[25] Рашид ад-дин. Сборник летописей. Т. 1. Ч. 2. С. 218.
[26] Гийасаддин Али. Дневник похода Темура в Индию. С. 186.
[27] Слово саман в переводе с персидского означает «порядок», «налаженность», «благосостояние», «богатство» и т.п. (см.: Персидско-русский словарь, Т. 2. С. 13); такое же значение слову саман придает и позднее предание о происхождении Саманидов (cм.: Семенов А.А. К вопросу о происхождении Саманидов. С. 4). В чигильском диалекте дреанетюркского языка саман означает «солома». См.: Махмуд Кошгарий. Туркий сузлар девони. Т. 1. С. 392.
[28] Shamsaddin Abu ‘Abdallah Mohammad ibn Ahmad al-Moqaddasi, p. 337 – 338; Jakut’s geographisches worterbuch, band 3, s. 13.
[29] Бахрам Гур (Джур) – принятое в исламской традиции имя сасанидского шаханшаха Варахрана V Гура, правившего в 420 – 438 гг. Пахлевийское Varahran происходит от имени авестийского бога победы Verethragna. 
[30] Хайp ад-дин аз-Зирикли. Ал-А‘лам. Т. 1. С. 290.
[31] Hudud al-‘Alam, p. 102; Abu-l-Kasim Ibn Haukal an-Nasibi, p. 468; Абу Бакр Мухаммад ибн Жаъфар Наршахий. 133-бет; Mirkhond. Histoire des Samanides, p. 113; и др.
[32] Abu Hanifa ad-Dinawari, p. 81; Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 126. Низам ал-Мулк называет Бахрама Чубина «вазиром» сасанидского шаха Хосрова II Парвиза (правил в 590 – 628 гг.). См.: Сиасет-намэ. С. 75.
[33] Macoudi. Les prairies d’or, p. 213; Harmatta J., Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara, p. 369. 
[34] Инойат Аллах Ризо. Ирон ва Туркон дар рузгор-и Сосонийон. С. 152. 
[35] В результате этой войны Тюркский каганат потерял своё былое могущество и распался на две части – Восточный и Западный. См.: Harmatta J., Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara, p. 368 – 369. 
[36] В источниках это имя приводится в форме Хурмуз или Хурмузд; в научной литературе оно принято в форму Хормизд. Поскольку это имя происходит от имени верховного божества зороастрийского пантеона Ахура Мазды, мы считаем, что его следует читать в форме Хурмазд. 
[37] По данным пахлевийских источников, Спандийат, сын Виштаспа построил в Бахле (Балх) сверкающую столицу Навазак и основал в ней чудотворный огонь Вахрама. См.: Markwart J. A Catalogue of provincial capitals of Eranshahr, p. 10. 
[38] Этот хакан отождествляется с Эль-Арсланом, который был сыном Тарду (Кара Чурин) и внуком Истеми-хакана.У Наршахи он упоминается под именем Шир-и Кишвар (См.: Frye R.N. The History of Bukhara, p. 108, note 28); в китайских источниках он упоминается под именем Йанг-су деле (тегин), в арабских – Шаба или Шийаба (см: Abu-l-Kasim ‘Obaidallah ibn ‘Abdallah Ibn Khordadhbeh, p. 40), а в персидских – Сава-шах или Саух. (см.: Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 115, 132). С ним отождествляется также Асилань-дагань (Арслан-тархан) китайских источников. См.: Chavannes E. Documents sur les Tou-Kiue, p. 149; Зуев Ю.А. Ранние тюрки. С. 200.
[39] В китайских источниках он упоминается под именем Нили, а в персидских – Пармуда или Нармуд (см.: Validi Togan A.Z. Umumi Turk tarihina giris, s. 72). С ним связывается проникновение буддизма в Бухару и сооружение буддийского храма в Кашмире. См.: Ставиский Б.Я. О международных связях. С. 115.
[40] Согласно Фирдоуси, эта крепость называлась Овоза. См.: Абу-л-Касим Фирдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 68. 
[41] Macoudi. Les prairies d’or, t. 2, p. 213 – 214; Abu Hanifa ad-Dinawаri, p. 84 – 85.
[42] Феофилакт Симокатта. С. 77 – 80. Однако, об этом сражении Бахрама Чубина с византийцами известно только из данных византийских источников, а также из пахлевийских источников, которыми пользовался Фирдоуси. Другие арабские и персидские авторы средневековья ничего не знают о поражении Бахрама Чубина, нанесенного ему византийцами (об этом см.: Дьяконов М.М. Очерк истории древнего Ирана. С. 315, 413, прим. 195); Предполагается, что в этом сообщении имеются в виду военные действия, которые персы вели на Кавказе против хазар, поддержанных византийцами (Пигулевская Н.В. Византия и Иран. С. 81), и воевал с ними не Бахрам Чубин, который еще находился в Хорасане и был занят войной с тюрками, а другой полководец по имени Бахрам (cм.: Гумилев Л.Н. Бахрам Чубин. С. 228 – 229). Этим полководцем мог быть современник Бахрама Чубина – Бахрам, сын Сийавуша. См.: Abu Hanifa ad-Dinawari, p. 86; The Farsnama of Ibnu’l-Balkhi, p. 102. 
[43] Harmatta J., Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara, p. 368 – 369. 
[44] Количество тюрков в армии Бахрама Чубина должно было быть достаточно многочисленным, так как источники указывают, что вместе с ним «отправилось множество храбрых и воинственных народов Востока, а Хосров Парвиз лично убил трех тюркских витязей, находившихся на службе у Бахрама Чубина. См.: Гумилев Л.Н. Бахрам Чубин. С. 237 – 239. Среди военнопленных оказалось множество тюрков, которых Хосров отправил импеpатору Маврикию в качестве победных даров. На лбу этих пленников был вырезан христианский крест, который они «получили от своих матерей». См.: Феофилакт Симокатта. С. 130 – 131.
[45] Гусейнов Р. Сирийские источники ХII – ХIII вв. об Азербайджане. С. 35.
[46] Shahbazi A.Sh. Bahram VI Cobin, p. 521.
[47] Известны драхмы и динары с его изображением и надписью Varhran. См.: Gobl R. Sasanian Numismatics, s. 80; plate 12, No. 203 – 204; Noldeke Th. Geschichte der Perser und Araber Zeit der Sasaniden., s. 282.
[48] Гумилев Л.Н. Бахрам Чубин. С. 229 – 230.
[49] The Tarikh-I Guzida, p. 121; По данным ад-Динавари, хакан оказал ему почести, построил для него и его людей город и дворец. Когда Бахрам Чубин в честном поединке убил брата хакана, который был его недоброжелателем, хакан еще больше возвысил его положение. См.: Abu Hanifa ad-Dinawari, p. 98 – 102.
[50] Он спас дочь хакана от хищного зверя (драконольва), напавшего на нее, когда она вышла на прогулку, после чего xакан отдал ему свою дочь и царство. См.: Macoudi. Les prairies d’or, t. 2, p. 223 – 224; Абу-л-Касим Фирдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 302; The Tarikh-I-Guzida, p. 120 – 121. 
[51] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 131 – 132; Усанова М. Исмоил Сомоний вакфномаси. 29 – бет. 
[52] Слово pariowk (parmowk), которое передается в армянских источниках в форме barmuka, а в арабских – barmuda, производится от буддийского титулаpramukha. См.:Harmatta J, Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara, p. 371.
[53] Согласно Фирдоуси, в случае, если Сава-шах не примет его под свое покровительство, Бахрам Чубин планировал отправиться на юг в Индостан. См.: Абу-л-Касим Фирдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 295.
[54] Абу-л-Касим Филдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 291 – 294.
[55] Камалиддинов Ш.С. Историческая география Южного Согда и Тохаристана. С. 116 – 117.
[56] Следует отметить, что средневековые султаны Ширвана также считали себя потомками Бахрама Чубина. См.: Навоий А. Тарихи мулуки Ажам. 14-жилд. 204-бет.
[57] В древней Парфии Кроме Аршакидов выделялись еще 7 парфянских знатных родов – Карен Пахлав (Нихаванд), Сурен Пахлав (Сеистан), Испахпат Пахлав (Гурган), Спандиат, Михран, Зик и др., которые сохраняли свое высокое положение и при Сасанидах. См.: Феофилакт Симокатта. С. 93; Дьяконов М.М. Очерк истории древнего Ирана. С. 195, 283.
[58] Абу-л-Касим Фирдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 282.
[59] Shahbazi A.Sh. Bahram VI Cobin, p. 519.
[60] Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии V – VII вв. С. 58
[61] Shahbazi A.Sh. Bahram VI Cobin, p. 520.
[62] Абу Рейхан Бируни. Памятники минувших поколений. С. 52.
[63] Abu Hanifa ad-Dinawari, p. 81.
[64] Abu-l-Kasim Ibn Haukal an-Nasibi, p. 472.
[65] Абу Са‘ид Гардизи. Зайн ал-ахбар. С. 62.
[66] The Tarikh-I-Guzida, p. 120.
[67] Феофилакт Симокатта. С. 93 – 94.
[68] Древние авторы о Средней Азии. С. 90. 
[69] Пигулевская Н.В. и др. История Ирана. С. 28. 
[70] Вайнберг Б.И. Этногеография Турана. С. 207.
[71] Marek J.Olbrycht, Parthia and Nomads of Central Asia., p. 73.
[72] Древние авторы о Средней Азии. С. 91. 
[73] Масон М.Е. Народы и области южной части Туркменистана. С. 8.
[74] Кочевое население Средней Азии того времени не было однородным и представляло собой конгломерат различных по языку и культуре племен и народностей. См.: Масон М.Е. Народы и области южной части Туркменистана. С. 9, 19 – 20.
[75] Тревер К.В., Якубовский А.Ю., Воронец М.Э. История народов Узбекистана. Т. 1. С. 91.
[76] Marek J.Olbrycht, Parthia and Nomads of Central Asia., p. 98.
[77] Лапшин А.Г. Династический культ Аршакидов. С. 80, 86.
[78] Jurgen P. The State and the Military – a Nomadic Perspective, p. 59.
[79] Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии V – VII вв. С. 40.
[80] Там же. С. 57.
[81] Там же. С. 48.
[82] Данные китайских источников позволяют предполагать, что кочевники Средней Азии делились на две большие группы, одни из которых обитали в степях к северу и северо-востоку от Каспийского моря, a другие – в горных районах к востоку от Амударьи. См.: Алиев К. К вопросу о номадах Средней Азии. С. 176 – 179.
[83] Тревер К.В. Кушаны, хиониты и эфталиты по армянским источникам. С. 132, 143.
[84] Захаров А.О. Бактрия в I в. н.э. С. 23.
[85] Zekiyev Mir Fatih. On ve Orta Asya, s. 425 – 432. 
[86] Абу-л-Касим Фирдоуси. Сказание о Бахраме Чубине. С. 22.
[87] Абу Са‘д ‘Абд ал-Карим ибн Мухаммад ас-Сам‘a в Азербайджане ни. Т. 2. С. 137 – 138
[88] Dictionnaire geographique, p. 25, 87.
[89] Кононов А.Н. Опыт анализа термина «турк». С. 43.
[90] По мнению С.П.Толстова, термин турк первоначально употреблялся именно в таком значении, и в последующем его смысл от значения «возрастной класс вооруженной молодежи» постепенно расширялся: войско – венный вождь – племенная аристократия – патрициант – сюзерен – верховный правитель – собирательное имя всех тюркских народов. См.: Толстов С.П. К истории древнетюркской социальной терминологии. С. 80 – 81.
[91] Тrever K.V., Yakubovskii A,Yu., Voronets M.E. Istoriya narodov Uzbekistana, vol. 1, p. 91.
[92] Golden P.B. An Introduction to the History of the Turkic Peoples, pp. 46 – 47.
[93] Древнетюркское слово er кроме своего основного значения «мужчина» могло употребляться также в значении «глава», «предводитель», «вождь» и т.п. См.: Clauson G. An Etymological Dictionary, р. 192. 
[94] Clauson G. An Etymological Dictionary, рр. 803 – 806.
[95] Имя Арсак (Аршак), так же как и этноним sak (saka), впервые было зафиксировано в эпоху Ахеменидов.
[96] Наличие кушанской ветви Аршакидов указывает на то, что парны , так же как и остальные дахи, были родственными с кушанами племенами, которые, так же как и согдийцы, как известно, также были выходцами из среды кочевых племен Средней Азии. См.: Маршак Б.И. К вопросу об истоках согдийской культуры. С. 61 – 63. 
[97] Тревер К.В. Кушаны, хиониты и эфталиты по армянским источникам. С. 138 – 139, 141.
[98] Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии V – VII вв. С. 38. 
[99] Там же. С. 40.
[100] Захаров А.О. Бактрия в 1 в. н.э. С. 22.
[101] Там же. С. 44.
[102] Jullien S. Jullien S. Memoires sur les contrees accidentaux, 1, p. 29.
[103] Фирдоуси. Шахнаме. Т. 1. С. 360; Т. 3. С. 114, 117, 404.
[104] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 162. 
[105] Абу Са‘д ‘Абд ал-Карим ибн Мухаммад ас-Сам‘ани. Т. 2. С. 348.
[106] Shams ad-din Abu ‘Abdallah Mohammed ibn Ahmed al-Moqaddasi, p. 347.
[107] Салахетдинова М.А. К исторической топонимике Балхской области. С. 225.
[108] Markwart J. A Catalogue of provincial capitals of Eranshahr, p. 10. 
[109] В бактрийском документе из Тохаристана, датирующемся 525 г. бактрийской эры (757 г.) упоминаются рядом vihara (буддийский монастырь) и зороастрийский храм, а также термины «кладбище» (дахма) и сжигать (индийский обряд), что свидетельствует о разнообразии верований и религиозной практики в этом регионе перед приходом ислама. См.: Симс-Вильямс Н. Новые бактрийские документы. С. 9.
[110] Abu-l-Kasim Ibn Haukal, p. 428. Jakut’s geographisches worterbuch, band 2, s. 272. Махмуд ибн Вали. Море тайн. С. 58. 
[111] Махмуд ибн Вали. Бахр ал-асрар фи манакиб ал-ахйар, л. 315 а. (Цит. по: Zeki Velidi Togan A.. Oguz destani, s. 111).
[112] Согласно Сасанидскому праву, после смерти главы семейства каждый член его семьи, включая и женщин, ставших членами других семей, имел свою долю наследства, представлявшую его частную собственность. См.: Периханян А.Г. Общество и право Ирана. С. 195 – 225. 
[113] Известно, что в древности тюрки, имевшие богатые традиции в военном искусстве, служили в качестве наемной силы в армиях многих стран. Так, по данным армянских источников, тюркские отряды имелись в армии ахеменидского царя Кира (см.: Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии. VIII – XVIII. С. 66); Согласно документу из городища Йет (Египет), написанном на иврите, военный поход Ахеменидов в Египет, совершенный в У в. до н.э., возглавлял хорезмийский тюрк по имени Даргман, сын Харчина. См.: Meyer Ed. Der Papirusfund von Elfantine, s. 28; Zeki Velidi Togan A.Z. Umumi Turk Tarihine giris, s. 416, note 124. 
[114] Дьяконов М.М. Очерки истории древнего Ирана. С. 312.
[115] Тревер К.В., Якубовский А.Ю., Воронец М.Э. История народов Узбекистана. Т.1. С. 141.
[116] Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии V – VII вв. С. 57.
[117] The Farsnama of Ibnu’l-Balkhi, p. 24, 94, 98.
[118] Бобоёров F.Б. Марказий Осиёда VI – VIII асрларнинг иккинчи яримидаги сиёсий этник жараёнлар. С. 28.
[119] Фазлаллах Рашид ад-дин. Огуз-наме. С. 94.
[120] Кононов А.Н. Родословная туркмен. С. 69.
[121] Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari, ser. I, p. 1966. Цитируется по: А.Zeki Velidi Togan. Umumi Turk Tarihine giris, s. 112.
[122] Ануширван испытывал презрение к христианам, потому что его сын по имени Анушак-зад, который был от нго христианской жены, принял веру свой матери и поднял против него восстание. Однако, несмотря на это, он не проявлял к христианам враждебного отношения и предоставил им все необходимые условия. См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, pp. 136, 168, 181. 
[123] В 532 г. он пригласил к себе из Византии нео-платонистских философов, которые занимались переводами с греческого и сирийского языков на пахлави философских и научных сочинений, а также был учредителем (около 550 г.) первого в Иране университета в Джундишапуре (Хузистан), в котором преполавались философия и медицина. Именно эти традиции были продолжены позднее при Аббасидах при образовании мусульманской Академии наук (байт ал-хикма) в Багдаде. См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, pp. 167, 305, 419.
[124] Прозвание Ануширван в переводе с пахлави означает «бессмертная душа» (anushak-ruban). См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, p. 107, 135.
[125] Пигулевская Н.В. Византия и Иран. С. 84 – 85.
[126] A.Zeki Velidi Togan. Oguz destani, p. 112.
[127] Хайр ад-дин аз-Зирикли. Ал-А‘лам. Т. 1. С. 290.
[128] Browne E.G. A Literary History of Persia, p. 267.
[129] В период до ухудшения отношений, имевшего место после неудачного посольства тюрков во главе в согдийцем Маниахом ко двору Хосрова I Ануширвана.
[130] Abu-l-Kasim ‘Obaidallah ibn ‘Abdallah Ibn Khordadhbeh, p. 123.
[131] Махмуд ибн Вали. Море тайн. С. 41.
[132] The Tarikh-I-Guzida, p. 121.
[133] В колекции сасанидских печатей Форуги (Иран) имеются две печати, на которых среднеперсидскими и тюркскими руническими письменами зафиксировано имя этого хакана, а также медаль с его изображением в профиль и среднеперсидской легендой с его именем. Предполагается, что печать была выпущена для администрации завоеванных территорий, а медаль – для увековечивания его победы. См.: Harmatta J., Litvinsky B.A. Tokharistan and Gandhara, p. 369. 
[134] Началом этого, на наш взгляд, целенаправленного процесса следует считать правление Хосрова I Ануширвана, который женился на дочери тюркского хакана. 
[135] Chavannes E. Documents sur les Tou-Kiue (Turks) occidentaux, p. 171.
[136] Zeki Validi Togan A.Z. Umumi Turk tarihina giris, s. 73 – 74.
[137] The Farsnama of Ibnu’l-Balkhi, 24, 109.
[138] Abu-l-Kasim ‘Obaidallah ibn ‘Abdallah Ibn Khordadhbeh, p. 30.
[139] Его приводит Закарийа Казвини со ссылкой на Ибн ал-Факиха. См.: Демидчик В.П. «География». С. 122.
[140] Махмуд ибн Вали. Море тайн. С. 64; Мухаммад Наджиб Бекран. С. 51; Абд ар-Рашид ал-Бакуви. С. 96 и др.
[141] Это событие имело место в 554 г. См.: Тревер К.В., Якубовский А.Ю., Воронец М.Э. История народов Узбекистана. Т.1. С. 129.
[142] Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari, ser. I, p. 899.
[143] Гумилев Л.Н. Бахрам Чубин. С. 229 – 230.
[144] История халифов. Л. 1 б.
[145] Джалилова Р.П. Некоторые дополнения Бал‘ами. С. 7.
[146] У ат-Табари в этом месте: «один неараб (аджам) из жителей Хорасана сказал . . . См.: История ат-Табари. С. 159.
[147] История халифов. Л. 167 а.
[148] The Farsnama of Ibnu’l-Balkhi, 24, 109.
[149] Это имя упоминается в источника в различных формах: Чобин, Чопин, Чупин, Джубин, Шубин и др. В некоторых поздних источниках встречается также форма «Чуба». См.: Азимов Ш. Государство и право Саманидов. С. 26, 158, 160. 
[150] Wolf F. Clossar zu Firdousis Schahname, s. 301. В современном персидском языке слово чубин означает «деревянный», а слово чубине имеет также значение «журавль» (см.: Персидско-русский словарь. Т. 1. С. 480); для «вороны» в персидском языке используется слово кулаг или заган (см.: Русско-персидский словарь. С. 91). 
[151] Firdousi, Le livre des rois, ed. J.Mohl, vol. VI, p. 654 – 655.
[152] Абдухолик Абдурасул ўгли. Туркий халклар. 72 – 77 бетлар.
[153] В древнетюркском языке karga означало «ворон», «ворона». См.: Древнетюркский словарь. Л., 1969. С. 426. В современных тюркских языках употребляются формы kurgun (ворон) и karga (ворона). См.: Русско-турецкий словарь. С. 103
[154] Гумилев Л.Н. Древние тюрки. С. 162. 
[155] См.: Мелитинский Е.М. Ворон. С. 245. 
[156] В одном рассказе арабский князь жаловался Хосрову 1 Ануширвану на то, что «его землю захватили вороны»; последний спросил: «Какие вороны – из Абиссинии или из Индии?», на что араб ответил: «Абиссинские». См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, p. 179.
[157] Изображение Красного Ворона в виде распростершего крылья орла помещено на тиаре древнетюркского принца Кюль-тегина. См.: Зуев Ю.А. Ранние тюрки. С. 24, 226.
[158] Образ Бахрама Чубина остался в памяти людей как народный герой и еще в Сасанидское время о нем был сложен исторический роман «Бахрам Чобен-намак» («Книга о Бахраме Чубине») на пахлевийском языке, легший впоследствии в основу преданий о Бахраме Чубине, зафиксированных в трудах средневековых арабских и персидских авторов. См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, p. 108; Дьяконов М.М. Очерк истории древнего Ирана. С. 20, 316.
[159] Такой известный герой как Бахрам Чубин, о подвигах которого слагались народные легенды, не мог быть назван этим именем в среде, в представлениях которой ворон олицетворял демоническое существо, предвещавшее несчастье и дурное предзнаменовение. Об истории преобразования образа Бахрама Чубина в фигуру аполиктического героя народного эпоса см.: Czegdely K., Bahram Cobin, p. 21 – 43.
[160] По преданию, имя Ануш носил один из первых людей на земле, сын Шиса и внук Адама (cм.: Abu Hanifa ad-Dinawari, p. 3). Хосров I Ануширван был прозван anushak-ruban, что в переводе с пахлави означает «Бессмертная Душа»ю Его сын от жены-христианки был назван Ануша-зад т.е. потомок Ануша. См.: Browne E.G. A Literary History of Persia, pр. 107, 135, 181, 168. Это же имя носил родоначальник хорезмшахов Ануш-тегин Гарча’и (ок. 1077 – 1097 гг.). См.: Буниятов З.М. Государство хорезмшахов-Ануштегинидов. С. 223. 
[161] Macoudi, Les preres d’or, t. 2, p. 213.
[162] Усанова М. Исмоил Сомоний вакфномаси. 27 – бет.
[163] Абу Са‘ид Гардизи. Зайн ал-ахбар. С. 62.
[164] The Tarikh-I Guzida, vol. 1, p. 94, 120.
[165] Фирдоуси. Шахнаме. Т. 1. С. 353, 355, 390, 399, 403, 413, 419, 442, 448, 450.
[166] Фирдоуси. Шахнаме. Т. 3. С. 29, 82, 114, 117, 198, 214, 360, 436 и др.
[167] Бертельс Е.Э. История персидско-таджикской литературы. С. 225 – 226. 
[168] Фирдоуси. Шахнаме. Т. 1. С. 360; Т. 3. С. 114, 117, 404.
[169] Там же. С. 639, прим. ред. В таком случае имя Гургин должно означать «с волчьим нравом», «подобный волку», «лютый», «вероломный», «свирепый» и т.п. Такое же написание имеет слово гаргин, которое в переводе с персидского означает «шелудивай», «паршивый». См.: Персидско-русский словарь. Т. 2. С. 392. 
[170] Существует также мнение, что прозвание Чубин (a) означает означает «подобный копью» (см.: Shahbazi A.Sh. Bahram VI Cobin, p. 519), или «деревянный», т.е. «обладатель палицы». Примечательно, что среди четырех сюжетов на метопах, характеризующих династийный культ Аршакидов, имеется изображение дубинки (палицы), которая определяется как «культовый символ и династический знак». См.: Лапшин А.Г. Династический культ Аршакидов. С. 80.
[171] Фирдоуси Шахнаме. Т. 1. С. 216, 217; Т. 4. С. 149.
[172] Инойат Аллах Ризо. Ирон ва Туркон дар рузгор-и Сосонийон. C. 152.
[173] Кононов А.Н. Родословная туркмен. С. 68, 72.
[174] Фазлаллах Рашид ад-дин. Огуз-наме С. 65 – 66; Кононов А.Н. Родословная туркмен. С. 50 – 51 (в тексте с. 31).
[175] Там же. С. 78 (в тексте с. 79).
[176] Согласно шаманской мифологии тюрко-монгольских народов, онгон олицетворял духов умерших предков тотемного (волк, медведь, конь и др.) и антропоморфного происхождения. См.: Мифы народов мира. Т. 2. С. 255 – 256.
[177] Согласно Рашид ад-дину, онгоном всех четырех сыновей Йулдуз-хана была птица тавшанджил, т.е. ястреб (см.: Рашид ад-дин. Огуз-наме. С. 66), а согласно Абу-л-Гази – белый сокол, сарыч, ворон и беркут. См.: Кононов А.Н. Родословная туркмен. С. 53.
[178] Инойат Аллах Ризо. Ирон ва Туркон, с. 150.
[179] Мифы народов мира. Т. 1. С. 195.
[180] Брэм А.Э. Жизнь животных. Т. 2. С. 205.
[181] Персидско-Русский словарь. Т. 1. С. 480.
[182] Гробница Буркут-ата находилась на восточной окраине Ашхабада и служила в прошлом местом поклонения. См.: Жирмунский В.М. Огузский героический эпос и «Книга Коркута». С. 169 – 170.
[183] Известно, что с течением времени онгон того или иного племени мог изменяться, что иногда было связано с изменением политической ситуации (вхождение в новую конфедерацию, смена власти и т.п.). Кроме того, тюркское слово kargha могло употребляться в более широком значении и обозначать не только ворона или ворону, но и некоторые другие птицы, имевшие черную окраску. См.: Clauson G. An Etymological Dictionary, p. 653.
[184] Известно, что в древности тюрки, имевшие богатые традиции в военном искусстве, служили в качестве наемной силы в армиях многих стран. Так, по данным армянских источников, тюркские отряды имелись в армии ахеменидского царя Кира (См.: Тер-Мкртичян Л.Х. Армянские источники о Средней Азии. VIII – ХVIII вв. С. 66). Согласно документу из городища Йет (Египет), написанном на иврите, военный поход Ахеменидов в Египет, совершенный в У в. до н.э., возглавлял хорезмийский тюрк по имени Даргман, сын Харчина. См.: Meyer Ed. Der Papirusfund von Elfantine, s. 28; Zeki Velidi Togan A.Z. Umumi Turk Tarihine giris, s. 416, note 124.
[185] Имеются данные, что родина Бахрама Чубина находилась в Мавераннахре (см.: Мухторов А. Сомониён: замон ва макон. С. 38). 
[186] Из данных письменных источников и нумизматики известно, что Хорасан, являвшийся частью Сасанидского Ирана по крайней мере, начиная с IV в. н.э. был населен хионитами, кидаритами, эфталитами и тюрками, исповедовавшими зороастризм и занимавшимися охраной восточных рубежей империи Сасанидов. Поэтому, не исключено, что Бахрам Чубин мог унаследовать свои великолепные воинские качества от своих предков в Хорасане (см.: Феофилакт Симокатта. С. 36, 77, 102, 106, 130, 159 и др.). Согласно исламской традиции, предки эфталитов, также как тюрков возводились к Йафасу ибн Нуху (Jakut’s geographisches worterbuch, vol. 4, p. 999; Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari, ser. I, p. 211 – 212). В средневековых источниках родословная доисламских «удельных царей» (мулук ат-тава’иф) Балха, из среды которых, по-видимому происходил Бахрам Чубин, также возводилась к тому же Йафасу ибн Нуху. См.: Ibn Wadhih qui dicitur al-Ja‘kubi, vol. 1, p. 179.
[187] Сасаниды широко применяли практику привлечения военных сил союзных «варварских» племен (например, хионитов в IV в., савиров в войне с Византией 527 – 532 гг.). Хосров 1 Ануширван широко практиковал также поселения воинственных племен на границах, чтобы создать постоянные заслоны против кочевников. См.: Дьяконов М.М. Очерки истории древнего Ирана. С. 312. 
[188] Кононов А.Н. Родословная туркмен. С. 77 (в тексте с. 77).
[189] Султанов Т.И. Опыт анализа традиционных списков 92 «племен илатийа». С. 167.
[190] Алиев К. К вопросу о номадах Средней Азии. С. 178.
[191] Кармышева Б. Х. Очерки этнической истории. С. 97, 213, 216.
[192] Карга – кишлаки в Каганском р-не Бухарской обл., в Узбекистанском р-не Ферганской обл.; Кок-Карга – кишлак в Нарпайском р-не Самаркандской обл., Ола-Карга – кишлак в Яккабагском р-не Кашкадарьинской обл., Каргалар – кишлаки в Гурланском и Хазараспском р-нах Хорезмкой обл., Каргали – кишлак в Нарпайском а-не Самаркандской обл., Карга-тепа – кишлак в Хатирчинском р-не Самаркандской обл., Карга-овул – кишлак в Булунгурском р-не Самаркандской обл. и др. См.: Кораев С. Географик номлар маъноси. 168-бет; Охунов Н. Жой номлари таъбири. 70 – 71-бетлар.
[193] Султанов Т.И. Опыт анализа традиционных списков 92 «племен илатийа». С. 167. 
[194] Бургут – кишлаки в Вабкентском и Гиждуванском р-нах Бухарской обл., Пайарыкском, Пахтакорском и Хатирчинском р-нах Самаркандской обл. См.: Кораев С. Географик номлар маъноси. 40-бет.
[195] Например, Хаккалар (Сороки), Тулкилар (Лисы), Тошбакалар (Черепахи), Каргалар (Вороны) и т.д. См.: Губаева С.С. Патронимия в топонимии Ферганской долины. С. 28 – 37.