К вопросу о соотношениях суфийских вирдов постсоветского дагестана

Суфизм представляет на сегодняшний день одну из форм бытования ислама в Дагестане. Из всех мусульманских регионов России он имеет наибольшее распространение в Дагестане, Чечне и Ингушетии. История этого течения в Дагестане имеет давнюю традицию и уходит своими корнями в ранее средневековье. Однако, современные отделения (вирды) суфийских братств Дагестана Накшбандийа и Шазилийа берут свое начало с первой трети XIX – начала XX века.

Несмотря на то, что суфизм играет определенную роль в жизни мусульман Дагестана и имеет большое число последователей, все же необходимо отметить, что в большинстве своем последователи (муриды) тех или иных суфийских шайхов не всегда компетентны в некоторых теоретических вопросах ритуальной обрядовой практики, и являются суфиями лишь номинально. Кроме того, суфизм в Дагестане не является единым течением, объединяющим всех мусульман республики, и не имеет четкой религиозно-политической программы.

В настоящее время суфизм в Дагестане представлен двумя конкурирующими вирдами Накшбандийа – Халидийа и Накшбандийа – Махмудийа[1]. При этом линия Махмудийа тесно переплетена с шазилийским тарикатом, который является подготовительной ступенью для освоения Махмудийа. Обе ветви Накшбандийа восходят к ширванскому шайху Исмаилу ал-Курдамири (1778-1827), от него к Халиду ал-Багдади и, далее, по цепочке преемственности (силсиле) к пророку Мухаммаду. Первая, более ранняя ветвь Накшбандийа-Халидийа, распространилась в Дагестане в первой четверти XIX в., через Мухаммада ал-Яраги (ум. в 1838-39 г.) – одного из идеологов религиозно-политического течения, известного в исторической литературе как мюридизм, и представлена в настоящее время в Дагестане восемью шайхами. Вторая же ветвь Махмудийа ведет свое происхождение от шайха Махмуда ал-Алмали (1810-1877), силсила которого также восходит к Исмаилу ал-Курдамири. Параллельно развиваясь в северном Азербайджане, эта ветвь в конце XIX в. проникла на север Дагестана и частично вытеснила линию Халидийа, до этого распространенную преимущественно в горной части Дагестане, населенную этническими аварцами, в предгорья, населенную даргинцами и кумыками. С первой четверти ХХ в., начиная с шайха Сайфуллаха-кади ан-Ницубкри (Башларова) эта ветвь объединилась с линией Шазилия. В дальнейшем, все шайхи линии Махмудийа выступают в качестве наставников (муршидов) двух тарикатов – Шазилийа и Накшбандийа. В настоящее время линия Махмудийа представлена в Дагестане пятью шайхами Накшбандийа-Шазалийа и двумя шайхами Шазилийа, которые сами являясь муридами одного из наиболее влиятельных шайхов Махмудийа – Саида Ацаева (Саида ал-Чиркави, род. в 1937 г.) получили разрешение на наставничество (изн) только Шазилийского тариката.

Основные принципы, ритуальная практика, методы обучения братств Накшбандийа и Шазилийа детально разработаны и представлены в трудах местных суфийских шайхов Мухаммада ал-Яраги[2], Джамалуддина ал-Газигумуки[3] (ум. в 1869 г.), Абдурахмана ас-Сугури[4] (ум. 1882 г.), Мухаммада ал-Убуди[5], Ильяса ал-Цудакари[6] (ум. 1904 г.), Шуайба ал-Багини[7] (ум. В 1909/12 гг.), Сайфуллаха ан-Ницубкри[8] (1853 – 1919 гг.), Хасана ал-Кахи[9](1852 – 1937 гг.), Саида Ацаева[10] (род. в 1937 г.), Магомеда-Гаджи Гаджиева[11] (род. в 1954 г.), Мухаммад-Мухтара Бабатова [12] (род. 1954 г.), Ильяса Ильясова[13](род. в 1947 г.) и др. Однако эти работы, широко распространенные в суфийских вирдах, все еще не введены в научный оборот и даже не переведены с арабского языка.

В связи с антимусульманскими гонениями в период советской власти, когда многие суфийские шайхи были репрессированы, или действовали подпольно, деятельность суфийских братств в обрядовой практике претерпела некоторые изменения и приобрела новую специфику, причем деятельность обеих групп Накшбандийа существенно отличается одна от другой.

Шайхи линии Халидийа придерживаются системы четырехступенчатой стадии суфийского мистического пути. Первая ступень – шариат требует точного и ревностного выполнения всех предписаний ислама и мусульманского богословия. Шайхи этой линии считают, что прежде чем вступить в тарикат, адепту (салику) необходимо строго придерживаться предписаний шариата, причем они, в отличие от шайхов Махмудийа, считают, что вступление в тарикат является желательным, но ни в коей мере не обязательным. В частности, человека, который не всегда следует предписаниям шариата, шайхи Халидийа не инициируют в братство. Шайх Халидийа Ильяс-хаджи Ильясов отмечает: «…Как может вступить в тарикат тот, у кого остались пропущенные молитвы, пропущенный пост? Ведь, согласно шариату, человек все свободное время должен потратить на то, чтобы восполнить все пропущенные молитвы и пост. О каком тарикате он может думать? Вначале нужно совершать предписания Аллаха, а уже потом следовать тому, что говорит шайх. Только после этого желающие (и то не все) могут вступить на путь суфизма»[14]. Исходя из этого, шайхи Халидийа проводят собеседование с теми желающими, кто посещает их с целью вступить в тарикат и стать их последователями. Если у тех остались невосполненными пропущенные молитвы и посты, шайхи Халидийа до вступления в тарикат предлагают им это восполнить.[15]

Вторая ступень – тарикат означает, что человек вступает на путь истины, который должен привести суфия к духовному слиянию с божеством. Третья стадия – марифат. Дошедший до этой стадии суфий в Боге, видит призрачность и бренность материального мира, равенство добра и зла. Четвертая ступень –хакикат является завершающей: суфий достигает полной истины, т.е. «соединяется» с божеством, находится в непосредственном общении с ним, созерцает его и полностью растворяется в нем (фана).[16] Обрядовая практика двух конкурирующих групп Халидийа и Махмудийа существенно отличаются одна от другой. Основное различие между ними связано с практикой теомнемии (зикра), медитации (рабита) и коллективных ритуальных практик (хатм). Согласно трудам некоторых суфийских шайхов, в основе накшбандийского тариката лежит тихий зикр (хафи) – повторение некоторое количество раз формулы единобожия «Нет божества, кроме Аллаха, Мухаммад – посланник Аллаха» определенными энергетическими точками человека (латаиф) – калб, сирр, хафи, ахфа, рух, и др. Однако, как говорят шайхи Халидийа, ввиду того, что начинающие адепты еще не готовы к совершению «тихого» зикра, им шайхи этой линии дают несколько иное задание. На начальном этапе некоторые шайхи поручают своим муридам чтение каждый день части Корана, чтение определенных молитв, или совершение громкого зикра (джахр). В частности, шайх Халидийа Муртазали Карачаев отмечает, что на начальном этапе мистического пути мюрид должен выучить и исполнять маленький вирд – задание, которое он получает от своего шайха один раз в течение дня, причем в этом задании предполагается громкий зикр[17].

Это задание включает в себя следующее:

1. Трехкратное произнесение формулы шахада: «Я свидетельствую, что нет божества кроме Аллаха и также свидетельствую, что Мухаммад посланник Аллаха.

2. Стократное произнесение формулы покаяния: «Прошу прощения у Аллаха».

3. Совершение мольбы (дуа), где суфий обращается к Аллаху с просьбой принять его покаяния, простить его грехи, помочь следовать ему по пути пророка Мухаммада.

4. Чтение один раз суры «аль-Фатиха», трижды суры «ал-Ихлас», по одному разу суры «ал-Фалак», «ан-Нас».

5. Совершается мольба к Аллаху с просьбой дать то вознаграждение, которое полагается за чтение этих сур душе пророка Мухаммада, его семье, сподвижникам, всем святым, начиная с шайха Абд ал-Кадира ал-Гиляни, особенно душе основателя братства Накшбандийа – Бахауддину Накшбанди, а также непосредственно душе его собственного муршида.

6. Затем адепт должен представить себе свою кончину, обертывание саваном, молитву над ним, могилу, ее пустынность и мрак. Все это продолжается в течение 10-15 минут.

7. Совершение рабита – духовной связи мурида с шайхом посредством медитации. При совершении рабита мурид должен почувствовать, что свет божественной сущности (файд), переходящей по силсиле шайхов через непосредственного наставника адепта, вливается в сердце мурида, в результате чего мурид должен почувствовать учащенное сердцебиение, тепло в сердце, которое постепенно разливается по всему телу. При совершении рабита муриды линии Халидийа воссоздают в своем сердце образ непосредственно своего шайха или же предшествующего, если знали его в лицо. Это совершается в течение 10-15 минут.

8. Пятисоткратное повторение формулы единобожия «Нет божества кроме Аллаха».

9. Стократное чтение формулы приветствия пророка «О Аллах, благослови Мухаммада, его семью и приветствуй (их)».

10. Обращение с мольбой к Аллаху с просьбой принять совершенный зикр, приветствия пророку, довести свет этого зикра до его собственной души и не лишать его Своего заступничества в Судный день.

После того как мурид пройдет определенную подготовку, шайх поручает ему несколько иное задание, предполагающее совершение зикра как громкого, так и тихого, причем тихий зикр не подразделяется на упомянутые выше приемы (хафи, ахфа, сирр и т.д.)[18]. В этом отношении интересно мнение шайха Халидийа Ильяса ал-Цудахари. Он пишет, что для начинающего мурида необходимо поручать совершение громкого зикра, так как человек, который не избавился от многих грехов и мирские блага для которого превалируют над духовными ценностями, не в состоянии совершать зикр сердцем[19]

При этом шайх последовательно начинает обучать мурида в начале громкому зикру, затем громкому с участием сердца, и, наконец, зикру сердцем. Однако анализ деятельности некоторых шайхов Халидийа показал, что не все из нынешних шайхов этой линии владеют методикой совершения зикра хафи. Своим муридам они поручают совершение зикра джахри, оставаясь при этом накшбандийскими шайхами лишь номинально.

Несколько иной позиции по отношению к инициации адептов в братство и к практике зикра придерживаются шайхи ветви Махмудийа, который является наиболее влиятельным вирдом в Дагестане. Они, в частности, считают, что любому мусульманину следует выбрать себе суфийского шайха и вступить в тарикат независимо от того, желает он стать суфием или просто следовать шариату[20]. Тот, у кого нет шайха, считают они, сам того не замечая, попадает под влиянием темных сил и сатана сбивает его с истинного пути[21]. Шайх же, по их мнению, будучи в духовном плане сильнее темных сил, не дают своему муриду пойти по неправильному пути, направляя его на путь истины. Исходя из этого шайхи Махмудийа принимают в тарикат практически всех желающих. Однако, так же как и шайхи Халидийа считая, что начинающие адепты, как правило, не бывают подготовлены к зикру хафи, они предлагают муридам выполнение громкого зикра шазилийа, который считают более легким и доступным для начинающих, чем тихий зикр Накшбандийа. Вирд Шазилийа желательно совершать после утренней и предвечерней молитвы в следующем порядке:

1. Трехкратное чтение формулы «шахада».

2. Двадцать пять раз читается формула покаяния: «Прошу прощения у Аллаха».

3. Читается сура «ал-Фатиха» – один раз и сура «ал-Ихлас» – три раза.

4. Совершается мольба (дуа), подобная той, что совершают муриды линии Халидийа, однако эти в своей мольбе вместо накшбандийских шайхов упоминают шайхов Шазилийа – Сайфуллы-кади и основателя братства Шазилийа – Абу ал-Хасана аш-Шазили.

5. Двадцать пять раз читается формула покаяния.

6. Совершается рабита, причем, в отличие от муридов Халидийа, которые представляют образ своего шайха, муриды Шазилийа воссоздают образ Сайфуллы-кади и Абу ал-Хасана аш-Шазили, для чего их шайхи раздают им фотографии с изображениями этих шайхов. Более преуспевающие в совершении рабита муриды могут пропустить эту часть задания. В частности шайх Сайфулла-кади писал: «…Для шазилийцев нет сильной необходимости в совершении рабита, хоть она и желательна среди них. И не считается [невыполнение рабита] чем-либо [приносящим вред] в этом тарикате как [его невыполнение] вредно в накшбандийском [тарикате]»[22].

7. Чтение 100 раз формулы: «О Аллах! Ты – моя цель, и мое желание – твое довольство».

8. Чтение 100 раз формулы: «О Аллах, благослови нашего господина Мухаммада, твоего раба, пророка, посланника, пророка уммы, благослови его семью, его сподвижников и приветствуй их».

9. Чтение 100 раз «Нет бога кроме Аллаха», после чего 1 раз читается «Наш господин Мухаммад – посланник Аллаха».

10. Чтение 1 раз «О Аллах! Ты – моя цель, и мое желание – твое довольство».

Желающий дальше самосовершенствоваться, имеет право самостоятельно увеличивать количество повторяемых формул, от 100 до 700 раз. После этого, если мурид захочет подняться на более высокую ступень, он посещает накшбандийского шайха (если его наставник был только шазилийским шайхом), который переводит его в накшбандийский тарикат. Таким образом, шазилийский тарикат в Дагестане выполняет функцию как бы подготовительного обучения для перехода на более высокую ступень – накшбандийа. При переходе адепта в накшбандийа, шайх поручает муриду уменьшить количество повторений задания Шазилийа с 700 до 100, при этом, до перехода в Накшбандийа он под контролем шайха проходит некоторую адаптацию. Вместе со ста повторениями задания Шазилийа, он читает формулу покаяния и благословения пророка Мухаммада по 500 раз и совершает рабита. Это мюрид практикует в течение двух-трех месяцев, после чего шайх обучает мурида зикру Накшбандийа.

Таким образом, линию Махмудийа можно определить как линию с двумя кругами: внешним, более многочисленным, куда входят муриды шазилийского тариката, и внутренним, собственно накшбандийским, в который вступают только после соответствующей подготовки в Шазилийа. Практика же совершения тихого зикра, согласно трудам дагестанских суфийских шайхов, абсолютно идентична в обоих вирдах, как Халидийа, так и Махмудийа, и не сильно отличается от аналогичной практики Накшбандийа, распространенной в Средней Азии[23].

То есть основными различиями между двумя вирдами Накшбандийа является то, что шайхи Халидийа включают в практику Накшбандийа как «громкий» так и «тихий» зикр. Шайхи же Махмудийа, предлагая начинающим муридам «громкий» зикр, все же четко оговаривают, что этот зикр является заданием шазилийского тариката.

Что касается коллективных духовных практик (хатм), то структура и содержание этого обряда у последователей обеих линий не сильно отличается друг от друга. Однако здесь следует отметить, что эта практика у последователей Халидийа схожа с практикой совершения хатма только теми последователями Махмудийа, которые уже перешли к совершению тихого зикра Накшбандийа. Те же муриды, которые еще не дошли до стадии тихого зикра и практикуют задание Шазилийа, совершают хатм Шазилийа, который существенно отличается от хатм Накшбандийа (хатм хваджакан). Хатм Накшбандийа предполагает уединение, с тем, чтобы вместе с ними не присутствовал кто-либо другой, кто не является последователем накшбандийского тариката. Существует 10 основ хатм хваджакан:

1. Совершение мольбы о шайхах тариката и упование суфия на милость Аллаха.

2. Чтение формулы покаяния сто раз.

3. Совершение рабита.

4. Чтение суры «ал-Фатиха» семь раз.

5. Стократное чтение приветствия пророку.

6. Чтение суры «аш-Шарх» 79 раз.

7. Чтение суры «ал-Ихлас» 1001 раз.

8. Чтение суры «ал-Фатиха» семь раз.

9. Стократное чтение приветствия пророку.

10. Совершение мольбы к Аллаху с просьбой дать то вознаграждение, которое полагается за чтение этих сур душе пророка Мухаммада, его семье, сподвижникам, всем святым и т.д.[24]

Что касается практики хатма Шазилийа, то на нем может присутствовать любой желающий, даже не состоящий в тарикате. Хатм Шазилийа совершается в следующем порядке.

Шайх (или его заместитель) собирает круг из муридов, стоит посередине этого круга, духовно связываясь со всеми присутствующими муридами, и многократно вслух произносит формулу единобожия, затем, садится в круг и читает отрывок из сур Корана, некоторые религиозные касыды. После этого он опять становится посередине круга, многократно произносит слово «Аллах», духовно связываясь с сердцем каждого из муридов. Остальные же встают, повторяют за ним, и садятся. Затем все муриды встают, берут друг друга за руки, образуя круг и совершая громкий зикр. Иногда после зикра читаются отрывки из Корана или же касыды с упоминанием в них шазилийских шайхов. В конце все совместно совершают мольбу (дуа).

Таким образом, обрядовая практика Халидийа в Дагестане несколько отличается от практики Махмудийа именно практикой зикра джахри, который имеет широкое распространение среди последователей линии Халидийа. Вероятно, громкий зикр впервые в Дагестане был введен в практику Накшбандийа шайхом этой линии Джамалутдином ал-Газигумуки, который был также шайхом кадирийского тариката, практика которого предусматривает громкий зикр[25]. Вполне возможно, ввиду того, что начинающие адепты еще не были готовы практиковать тихий зикр Накшбандийа, с целью привлечения на свою сторону большего числа муридов, что было естественно в условиях Кавказской войны, Джамалутдин поручал своим муридам на начальном этапе совершать задание кадирийского тариката – зикр джахри. По этому поводу Шуайб ал-Багини пишет, что в виду того, что сам Джамалудтин Казакумухский был шайхом кадирийского тариката, он поручал многим муридам совершение зикра джахри, что свойственно кадирийскому тарикату. «Однако, – пишет он, – они (муриды), равно как и некоторые шайхи не обращали на это внимание и утверждали, что являются последователями Накшбандийа, хотя накшбандийскому тарикату не присущ громкий зикр. И то, что они говорили, причисляя себя к накшбандийцам не совпадало с тем, что они делали, практикуя громкий зикр»[26]. То есть Джамалуддин ал-Газигумуки использовал вирд кадирийского тариката в качестве подготовительной ступени вступления в накшбандийский тарикат так же, как впоследствии шайхи Халидийа используют для этого шазилийский тарикат. По этому поводу есть интересное мнение М. Кемпера. Он пишет, что шайхи Халидийа ввели зикр джахри в накбандийскую практику для различения внутренней и внешней группы муридов. Шайхи же Махмудийа были убеждены, что их соперники тем самым нарушили принцип Накшбандийа. Однако без зикра-джахри кажется маловероятным, чтобы сами шайхи Махмудийа могли привлечь большое количество муридов, но чувствовали необходимость сделать то же самое. Эти шайхи встали перед дилеммой: они не могли просто включить зикр-джахри в ритуальную практику, так как именно за это они упрекали своих соперников. Как бы то ни было, они нашли оригинальное решение проблемы: для внутреннего, более узкого круга своих адептов сохранили ритуальную практику тихого зикра Накшбандийа, а для более широкого круга муридов поручили совершение громкого шазилийского зикра, четко определяя каждый вид тариката с соответствующим ему зикром. Таким образом, Шазилийа служил средством привлечения большего числа муридов к шейхам Махмудийа, которые в противном случае были бы привлечены к соперничающей группе Халидийа[27].

Значительное влияние суфизма на жизнь мусульман Дагестана привело к тому, что некоторая обрядовая практика суфийских братств проникла во многие культовые и религиозные обряды. Несмотря на идеологические споры внутри самих суфийских братств, многие элементы суфизма прочно вошли в повседневный быт мусульман республики. Это, прежде всего, наличие культа, связанного с могилами святых, которые являются объектами массового паломничества верующих; связь зикра с мавлидом (поминанием пророка Мухаммада), который празднуется мусульманами не только в день рождения Мухаммада, но и по любому другому поводу – на свадьбах, новосельях и т.д.; совершение зикра во время похорон на кладбище, в доме покойного на третий, сороковой, пятьдесят второй дни и в годовщину смерти. Кроме того, следует отметить, что среди части мусульман республики авторитет святых (авлийа), даже не имеющих мусульманского образования, стоит намного выше авторитета местного несуфийского богослова. Особенно это характерно для северного нагорного Дагестана.

Таким образом, сегодня суфизм представляет одну из форм бытования ислама в постсоветском обществе. Под влиянием советских антимусульманских гонений обрядовая практика суфиев приобрела новую специфику, отличающую ее от зарубежных суфийских вирдов. Изолированность мусульман Дагестана в годы советской власти от внешнего мусульманского мира привела к тому, что в некоторых местных религиозных суфийских практиках проявляются черты, противоречащие, с точки зрения зарубежных мусульманских богословов, шариату и считающиеся ими неисламскими. С другой стороны, дагестанские суфии и их приверженцы полагают, что благодаря широкому распространению в Дагестане идей суфизма ислам сохранился здесь в более чистом виде, чем в тех мусульманских регионах, где суфизм не имеет твёрдых позиций. Внутри самих суфийских вирдов Дагестана также существует конфликт, связанный с ритуальной практикой и обрядностью (разница в инициации адептов в братство, способов исполнения зикра, практики медитации-рабита). Формы и методы некоторых обрядов, практикуемые муридами обеих ветвей Накшбандийа, подвергаются взаимным обвинениям в нарушении ими шариата и принципов практики Накшбандийа. Конфликтность, разделяющая не только суфиев и их противников, но и конкурирующие суфийские вирды, характерна для постсоветского Дагестана. Еще одной отличительной чертой суфизма в Дагестане остается переплетение ветвей Накшбандийа и Шазилийа.

Исследование позволило подвергнуть сомнению некоторые стереотипы в понимании суфизма на «советском и постсоветском Востоке». В первую очередь пора отказаться от деления суфизма на «классический» и местный. Более адекватным будет говорить о многообразии суфийских сетей и ритуальных практик. Не менее сомнительным является представление о традиционализме современного дагестанского и, шире, северокавказского суфизма. Следует различать формы бытования суфизма в разных регионах и субрегионах бывшего Советского Союза.

 Ш.Ш. Шихалиев, ИИАЭ ДНЦ РАН,Махачкала, Дагестан.

 

[1] Впервые такое условное деление, в научной литературе, двух ветвей Накшбандийа в Дагестане было сделано немецким исследователем Михаэлем Кемпером. См. Michael Kemper. Khalidiyya Networks in Daghestan and Question of Jihad // Die welt des Islams (Leiden) 2002. vol. 42, No 1, p. 41-71.

 

[2] Мухаммад ал-Яраги. Асар Темир-Хан Шура, 1907.

[3] Джамалуддин ал-Газигумуки. Адаб ал-Мурдийа фи тарикат ан- Накшбандийа. Темир-Хан Шура, 1907.

[4] Абдурахман ас-Сугури. Машраб ан- Накшбандийа. Темир-Хан Шура, 1907.

[5] Мухаммад ал-Убуди. Канз ад-дурар. Рукопись.

[6] Ильяс ал-Цудахари. Суллам ал-мурид. Казань, 1904. Его же: Кифаят ал-мурид. Казань, 1904. (на кумыкском языке).

[7] Шуайб б. Идрис ал-Багини. Табакат ал-хваджакан ан-накшбандийа ва садат машайих ал-халидийа ал-махмудийа. Дамаск. 1996; Его же: Тахмис силк ал-айн; Его же: Хамсат ал-фаридат ала хафдиййа.

[8] Сайфулла ан-Ницубкри. Мактубат Халид Сайфулла ила фукара ахл Аллах. Дамаск, 1998; Его же: Канз ал-маариф ва асрар ал-Латаиф. Его же: Мавафик ас-Садат.

[9] Хасан б. Мухаммад Хилми ал-Кахи. Танбих ас-саликин ила гурур ал-муташаййихин. Дамаск, 1996; Его же: Сифр ал-асна фи ар-рабита ал-Хусна. Дамаск, 1998 г.; Его же: Мактубат ал-Кахи ал-мусамма васа´ил ал-мурид фи раса´ил ал-устаз ал-фарид. Дамаск, 1998 г.; Его же: Талхис ал-ма´ариф фи таргиб Мухаммад Ариф. Дамаск, 1996; Его же: Бурудж ал-мушаййада би ан-нусус ал-муаййада; Его же: Сирадж ас-Са´адат, ч. 1, ч. 2. Махачкала. Б.б. (на аварск. яз.); Его же Хуласат ал-Адаб. Темир-Хан Шура, 1907 (на аварск. яз.)

[10] Саид-афанди аль-Чиркави Сокровищница благодатных знаний. М., 2003; Его же: МаджмугIатул Фаваид (Суалал ва Жавабал). Махачкала, 1997 (на аварск. яз.); Его же: Назмаби. Махачкала, 1996 (на аварск. яз.).

[11] Гаджиев М.-Г. Тарикат о нравственном воспитании // Государство и религия в Дагестане. Информационно-аналитический бюллетень. № 1(4). 2003.

[12] Бабатов М.-М. Письмо Магомед-Мухтара Параульского Магомеду, сыну Али Иорданского – преподавателю исламских наук в с. Карамахи Буйнаского района. // Алимы и ученые против ваххабизма. Махачкала, 2001.

[13] Ильясов И. О возникновении суфизма // Государство и религия в Дагестане. Информационно-аналитический бюллетень. № 1(4). 2003.

[14] Из интервью автора, с шайхом Халидийа Ильясом – хаджи Ильясовым (5.04.2002). См. Так же Шихалиев Ш.Ш. Суфийский шейх сегодня // Этнографическое обозрение. № 2, 2006, сс 24 – 34.

15 Согласно шафиитскому мазхабу, если мусульманин, после достижения им совершеннолетия, по каким-то причинам не совершал молитвы и не соблюдал постов, он должен, после покаяния, восполнить пропущенные молитвы и посты.

[16] Ислам в Дагестане. Интервью с шайхом Ильясом-хаджи Ильясовым / Кавказские хроники. Радио «Свобода» // www. Svoboda.org, см. также Ханбабаев К.М. Ритуальная практика Накшбандийа // Государство и религия в Дагестане. Информационно-аналитический бюллетень; 1(4). 2002. Махачкала. С. 17

[17] Карачаев М. Мюридны китабы. Б.м., б.г. ( на кумыкском яз.). С. 11.

[18] Здесь следует отметить, что в интерпретации дагестанских шайхов, «громким» (джахри) называется зикр языкам, неважно как он совершается – в полный голос, в полголоса или про себя. В противоположность этому «тихим» (хафи) называется зикр, совершаемый сердцем или другими точками тела. Следовательно, повторение определенных формул про себя, если зикр не совершается сердцем, дагестанские шайхи относят к громкому зикру.

[19] Ильяс ал-Цудакари. Кифая ал-мурид фи тарика ат-тавхид. Казань, 1904. С. 282-283. Он же. Суллам ал-мурид. Казань, 1904. С. 15. Здесь следует отметить, что понятие зикр сердцем включает в себя также совершение зикра и другими энергетическими точками. То есть, зикр сердцем означает зикр хафи в широком понимании этого термина.

[20] Хасан Хилми ал-Кахи. Талхис ал-маариф фи таргиб Мухаммад Ариф. Дамаск, 1996. С. 19. (на арабск. яз.)

[21] Там же.

[22] Сайфулла ан-Ницубкри. Указ. Соч. С. 203.

[23] См. Ильяс ал-Цудакари. Указ. Соч.; Джамалуддин ал-Газигумуки. Указ. Соч.; Хисматуллин А.А. Суфийская ритуальная практика (на примере братства Накшбандийа). СПб., 1996; Мухаммад Закир ал-Чистави. Табсират ал-Муршидин мин машаих ал-халидийин. Дамаск, 1996.

[24] Ильяс ал-Цудакари. Суллам… С. 74. Ввиду того, что на хатм Накшбандийа не допускаются те, кто не является последователем этого братства, порядок совершения этого обряда можно описать только по имеющимся письменным источникам.

[25] Шуайб ал-Багини. Табакат. С. 396.

[26] Там же, С. 397.

[27] Michael Kemper. Khalidiyya… p. 52.