Причины заболеваний и способ мышления в медицине систем

Коментарии редакции: данный текст представляет собой исследование в области медицинской антропологии, концепция разработанная автором полностью представлена в книге "Причины заболеваний и способ мышления в медицине систем." Мы публикуем только выборочные главы книги, с полным текстом Вы можете ознакомится Здесь 
 

Вступление.

Почему мы болеем? Вопрос отнюдь не риторический. Для человека, наделённого сознанием, а, следовательно, осознанием страдания, как неизбежного спутника любой болезни, вопрос можно сказать жизнеопределяющий. Не говоря уже о понимании конечности нашего индивидуального существования, то есть смерти личной. Которая, как правило, имеет причиной разнообразные болезни, преждевременно, вероятно, извлекающие нас из жизни. 
Мы болеем, прежде всего, потому что живем. Применять термин «болезнь» к «неживым» природным объектам, пожалуй, неэтично. Впрочем, граница между «живым» и «неживым» столь тонка, условна и пока трудно определима, что говорить о болезни одноклеточных или вирусов, существ «живущих», но организованных относительно «просто» неразумно. Если живущие существа функционируют или выглядят несколько иначе относительно известной человеку «нормы», но вполне адекватны окружающей среде и дают жизнеспособное потомство, возможно ли признать их «больными»? Или мы просто наблюдаем вариант нормы или вообще явление нового вида, в соответствии с запросами окружающей среды? Сам переход от одного вида, устойчивого структурно-функционального состояния, в другой вид, иное состояние и представляется нам, наблюдателям, как болезнь. Субъект преобразования, биологический вид, естественно, не осознаёт себя больным, поскольку сознания лишён. Он либо становится иным видом, либо погибает. Человек, также изменяется, а любые перемены процедура болезненная, особенно для существа наделенного сознанием.
Причинами наших недугов принято считать несколько факторов. В обобщененном виде их можно разделить на экологические, социальные и генетические. Человечество безобразно и легкомысленно засоряет планету нашу, что никак самочувствие живущих на ней не улучшает. Это неприятно, но не столь опасно для человеческого вида в целом, как принято считать. Человек – вид самый совершенный и потому способен адаптироваться к новым, экологически неблагоприятным условиям. Другое дело, что планета загрязняется несколько быстрей, чем человек приспосабливается, потому некоторым и мерещится экологическая катастрофа. Бьют они в набат, призывая защитить и планету, и земленаселенцев, чем еще больше пугают последних, засоряя души их тревогами и страхами, загоняя в состояние депрессивной безысходности. Мусорить, конечно, нехорошо, но и страх чувство не менее вредное. 
Жизнь социальная также здоровья нам не добавляет. Любая деятельность в обществе, за редким исключением, вынуждает нас поступаться своим здоровьем. Приспосабливаться к обстоятельствам, начальству и сослуживцам, уставать и недосыпать, переживать мелкие и не очень стрессы, в общем, зарабатывать не только деньги и место под солнцем, но и многочисленные недуги. Впрочем, асоциальная жизнь, бездеятельность или полное безделье также неполезно. 
Факторы генетические, врожденная предрасположенность к тем или иным заболеваниям, разумеется, имеют место. Осознание предопределенности приучает нас либо к фатализму под лозунгом «Чему быть, тому не миновать, ну и ладно», либо к повседневному, тревожному ожиданию физиологической катастрофы, унесшей из жизни наших ближайших родственников. Такое осознание по мнению автора, неразумно хотя бы потому, что в геноме каждого субъекта, вероятно, «записаны» все или почти все «болезни», посещающие человечество. Другое дело, как, когда, в какой форме, с какой вероятностью проявляются те или иные заболевания и, самое главное, почему они проявляются. 
Почему у одного человека «слабым местом» оказывается сердце, а у другого легкие? Почему одного субъекта всю жизнь преследуют заболевания кожи, а иному суставной синдром полноценно жить не дает? Только ли генотип тому виной? При условии примерно равных социально-экологических обстоятельств. Именно причины заболеваний, закономерности проявления патологического процесса у различных субъектов и будут темой настоящей работы. В основе исследования положена авторская теория способов мышления позволяющая выявлять индивидуальные особенности обмена веществ в организме. <…>

Мотивы и ориентиры способа мышления.

Способ мышления есть функционирующая программа, обладающая всеми свойствами и качествами вещи, явления, ситуации. Способ мышления как некая деятельная, изменяющаяся сущность имеет в себе четыре известных категории: порядок-ритм, скорость, форму-направление, мощность, а также пятое свойство, контролирующие остальные – меру.
Медицина систем оперирует разными уровнями одного и того же алгоритма. Пять органов, пять подчиненных органов, пять основных, базисных программ, пять дополнительных, зависимых, но весьма самостоятельных программ – один уровень. Пять свойств-качеств, за работу которых отвечают соответствующие программы: мощность, форма, скорость, порядок, мера, – другой уровень. Пять главных мотивов в мышлении человека: справедливость, логика, цель, осознание самого себя и мышление, как процесс – следующий уровень. Почему именно такие составляющие мыслительного процесса используются в медицине систем? Потому что эти категории проявляют свойства человека, выделяющие его из ряда высших животных. 
Во-первых, это способность к творчеству, производству идей, форм, гамм и прочего не существующего в природе или имеющего в естественной среде некоторую аналогию, но, тем не менее нового и оригинального. Животные к таковому, как известно, не способны. Их можно кое-чему научить, иногда они проявляют удивительную смекалку, но для решения творческих задач они не пригодны. Вся деятельность, даже высших животных, сводится к выполнению инстинктивных программ и повторению навыков, усвоенных от родителей или дрессировщиков. Человек способен формулировать вопросы и решать задачи абсолютно новые, не имеющие аналогов. Человек способен к самообучению и таким образом преодолению обстоятельств не встречавшихся в прошлом ни ему, как индивидууму, ни человечеству, как биологическому виду. Человек обладает воображением, способностью видеть перспективу, динамику, возможности развития, превращения вещей, явлений, ситуаций. Впрочем, с не меньшим успехом он может вообразить и прошедшее, представить нечто в начале пути, до момента познания. Более того, человек способен представить в сознании своем и не существующее, не существовавшее и существовать не способное, разве что в воображении. Так рождаются иллюзии.
Во-вторых, человек обладает свободой. Это свойство позволяет субъекту делать, но главное думать все что угодно. Животные в действиях своих ограничены инстинктами и приобретенными в обучении навыками, следовательно, они ограничены и в мышлении. Животные не переходят предопределенные видом поведенческие рамки, человек способен пренебрегать любыми правилами, традициями, законами и делать это по собственному хотению, зачастую без явной необходимости. Но отрицание известного, устоявшегося обязательно предполагает создание иного, а это уже творчество. Животные «обязаны» всем существом следовать природным ритмам и в пищепотреблении, и в воспроизводстве потомства, и в ареоле обитания. Человеку естественная среда в общем не указ. Он не приспосабливается к среде, он независим от нее, почти, значит свободен. Другое дело, что человек естественную природную среду творчески заменил социальной, в которой и пытается жить свободно, непрерывно ее преобразуя.
В-третьих, человек наделен способностью любить. Это знаменитое свойство, подчеркнем, именно свойство человеческое, придется лишить эмоциональной поэтики и определить, как выбор цели, устремленность, средоточение на чем-либо. Некоторая противоположность свободе. Если способность к свободе допускает все, любовь как свойство, требует определенности, ограниченности, сужения устремлений, некого выбора направления, интересов, привязанностей, предпочтения одного перед множеством иного. Для животных выбор не актуален, нет свободы возможностей, нет и необходимости предпочтений. Многообразие ощущений зависит от объекта любви (женщина, жареный картофель, светлое пиво, прогулки при луне, гвоздики) и от личности, это свойство несущее и выражающее. Отметим специфичность отношений между любовью и творчеством. То, что мы предпочитаем, любим, нам представляется лучшим, что, в общем, есть иллюзия. И сотворенное нами, – продукт нашего воображения, как правило, ту же иллюзию – любим.
Четвертое, человек осознает свою индивидуальность, собственное «я». Он выделяет себя из целого человечества, он себя «мыслит», он себя оценивает, а также считается или не считается с оценкой себя самого другими людьми. Мы не может абсолютно отрешиться от индивидуального себя, мы непременно и обязательно, явно или скрытно осознаем себя и свои действия. Только достаточно осознающее себя существо может достойно творить, низвергая любые догмы и авторитеты, вплоть до господа Бога, либо, наоборот, остерегаться творческой инициативы, дабы не вызывать гнева окружающих и тем сохранять свое драгоценное «я». Разумеется, лишь осознающий, себя человек способен быть свободным. Впрочем, сверхосознание лишает человека свободы, как и неполное осознание. Субъект, зависящий от самого себя более допустимого, уничижает свободу, как самостоятельное качество. Любить достойно, избирать объект любви, стремиться к нему и достигать посредством воли также в состоянии только осознающая себя индивидуальность, личность. Стадной, коллективной любви не бывает.
Наконец, исключительное человеческое свойство, отчасти контролирующее, проявление четырех предыдущих, но в целом равноправное – мера. Ощущение, интуитивное знание о допустимом, дозволенном, верном. Это знание, зачастую неосознанное, принято называть нравственным законом, совестью или справедливостью. Именно это свойство предостерегает нас от бесконечных умопостроений, одновременно подталкивая к творческим, нестандартным решениям. Именно мера дает возможность отличить необычную, но реальную мысль от красивой иллюзии. Мера не позволяет чувству свободы захватить нас до безнравственной бесконечности, но в то же время не допускает сужения свободы до абсолютного рабства. А вот с любовью справедливость дружит меньше. Любовь весьма деформирует представление о справедливости. Напротив, осознание себя поддерживает справедливость, так как без самоосознания представить нравственные качества невозможно.
Выше перечисленные категории от базисных программ до качеств, выделяющих человека из мира животных, относительны и условны. Все эти разделения на свойства и уровни правомерны лишь как элементы познания, как единицы аналитического процесса. За исключением собственно органов, функционально-анатомических образований, бесспорно присутствующих в нашем организме. Условность не означает иллюзорности, нереальности исследуемых категорий, но лишь подчеркивает единство, целостность исследуемых элементов. Недопустимо рассматривать человеческую способность к творчеству, не учитывая других свойств наших. Неразумно рассуждать о скорости обменных процессов в организме, не принимая во внимание ритм, мощность, форму и меру происходящих перемен. Даже работу внутренних органов, сердца, печени или желудка, необходимо анализировать, учитывая взаимодействие каждой структуры с другими функциональными и анатомическими единицами. Организм человека и среда, в которой он существует, функционируют как единое целое. Любое свойство, характеризующее человека и среду обитания являются только частью, элементом процесса. Он выделяются в некую единицу исключительно в сознании нашем для лучшего понимания. 
Впрочем, анализ как метод познания, разделяющий все и вся на части, сыграл с нами, человечеством познающим, шутку невеселую. Исследователи утонули в деталях, потеряли твердую почву общей, единой картины мироздания. Попытаемся к этой картинке вернуться, пока узкая специализация не сгубила нас окончательно. Медицина систем основывается на едином алгоритме, принципе взаимоотношений различных составляющих человека. Будь то анатомия, единство функциональных программ, либо психологические и характерологические аспекты процесса мышления. <…>
.

Заключение.

Заданная в работе тема о причинах болезней увлекла нас от физиологии и психологии с иные сферы, казалось бы далекие от предмета исследования. Но как читатель, вероятно, заметил иначе, и быть не могло. Рассуждая о взаимодействии органов, анализируя влияния этих систем на другие ткани и структуры организма, мы волей не волей должны были представить общий принцип взаимоотношения всех программ, качеств и свойств человека. Для этого необходимо было понять, чем существо человек отличается от собратьев меньших, высших животных. Общность физиологических процессов и говорила об эволюционном родстве с той лишь разницей, что человек вобрал в себя, обладает всеми «способностями» меньших братьев, другое дело, что не всегда их использует. Кроме того, явно наблюдалось и некое принципиальное отличие. Просматривался какой то иной уровень в человека, независимый не только от природной окружающей среды, но и от социальной. И мы этот уровень определили – специфические человеческие качества: свобода, любовь, творчество, осознание собственной индивидуальности и мера. Неповторимость складывается из нескольких факторов, свойств, уровней, но самый постоянный и наиболее часто используемый – способ мышления. Вопрос, что включает в себя мышление, как процесс – трудноразрешим, если не понять, а из чего собственно состоит все в этом мире и процесс мышления в частности. Пришлось обратиться к далеким здоровья категориям. Догадываясь, что мышление функционирует аналогично любому иному процессу, пришлось ввести термины скорость, мощность, направление, порядок и мера. А это категории практически физические, и далее до философских обобщений оставался один шаг. Итак, сопоставив теорию пяти элементов с пятью физическим параметрами любого процесса, с пятью органами-системами-программами медицины систем, с пятью специфическими качествами человека, с пятью мотивами способа мышления, выявляется пять составляющих бытия: материя, энергия, пространство, информация и время, которые образуют субстанцию ци, непереводимый термин, фигурирующий в древнекитайской философской традиции. 
Картинка получается удивительная: эмоции, окрашивающие нашу жизнь, и являются как раз различными состояниями ци. Они в человеке фигурируют как вариации алгоритма мощность, скорость, форма, ритм и мера, придавая должный колорит нашему существованию. Эмоции – продукт наших органов и программ и уже ожидают аналитического разбора. Важно увидеть, почувствовать, ощутить единство, общность, принцип всех качеств, категорий и проявлений бытия. Если Вы, уважаемый читатель, уловили это единство, автор будет считать, что работа удалась.
Следует также помнить, что ни одно свойство-качество не статично. Любое проявление сущности человека колеблется в неких пределах допустимого. Преобразуется от одного «полюса» до иного. Причем, переменчивость присуща одновременно всем качествам человека. Эти преобразования и есть тенденции инь и ян. Вся проблема в том, что перемены в различных системах и на разных уровнях сущности человека далеко не всегда работают в унисон друг с другом. И тем более не совпадают с социальными переменами предъявляющими личности требования либо не выполнимые, либо исполняемые, но с великим напряжением для организма. 
Человека взрастила природа, он, вполне закономерно, породил цивилизацию, не потому что желал, а потому что имел возможность. Конфликт с окружающей природной средой, как противоречие с холодом, голодом и другими выживающими, преобразовался в конфликт с фактором социальным. И эта перемена внешних акцентов в существовании не облегчила, а усугубила конфликтность внутри программ составляющих человеческую личность. 
Инстинкты в цивилизованном сообществе практически не нужны. Их подавление – необходимое и обязательное условие для его существования. Срасти противоречат устроенному на рациональных началах миру: политике, экономике, юриспруденции и тому подобным атрибутам. Если, например, политика – искусство компромисса предполагает взаимоуступки и договоренности, то использование подобных методов в страстях невозможно. Людям не удается договориться: мол, один «любит» ее по вторникам, четвергам и субботам, другой – в понедельник, среду и пятницу, воскресенье – выходной. Брак как институт сосуществования мужчин и женщин необходим, но не разрешает всех возможных проблем. Это неудивительно, поскольку брак есть попытка обустроить три сферы бытия: сексуальную, социальную и любовную. Разумеется, столь разные вещи далеко не всегда уживаются в одном месте и в одно время. 
Жизнь современного человека сплошь состоит из различных конфликтов и противоречий: малых и больших, явных и скрытых, ярких и затяжных. Это конфликты между человеком и сообществом. Это конфликты между отдельными свойствами личности и человеком как цельной сущностью. Это конфликты между разными качествами-свойствами человека. Это конфликты, конфликты, конфликты. О каком здоровье можно говорить? Только о желаемом. Но пока мы не поймем самих себя, пока не научимся управлять собой, не найдем защиты от манипулирующей нами социальной «гидры», мы вряд ли обретем здоровье, покой, счастье и гармонию.

[*]Владимир Львович Кочетков, профессиональный врач, специалист по пульсу и диагностике, по восточной медицине. Автор книг: Тайны врачевания Древнего Китая. Иваново, 1990г. (вышла под псевдонимом К.В. Львович), Лекарственные растения в традиционной китайской медицине. М., 2001г., Питание и способ мышления в медицине систем. М., 2003г. Закончил Высшие литературные курсы при Литературном институте им. Горького.

[**]В данной публикации приводятся отдельные главы книги.