В поисках золота Колчака

Девятнадцать дней в пути провели участники автопробега «Российская государственность. Наши люди. Наша Россия». Двенадцать тысяч километров из Владивостока до Санкт-Петербурга пройдено ими за это время.
Что ищут люди в таких путешествиях и что движет ими? Рассказать об этом мы попросили участников автопробега: Александра Новикова, Эдуарда Аббасова и Дмитрия Анохина.

Л. – Путешествие из Владивостока в Петербург состоялось в августе. А какие эмоции вы испытываете сейчас, пару месяцев спустя? Может, кто-то думает, что зря потратил время…
А. – Нет, конечно, это было не зря. Прежде всего, это кусочек интересного приключения, которое в любом случае останется в памяти. Каждый день, так или иначе, где-то какое-то воспоминание всплывает, особенно когда смотришь фотографии, выложенные на нашем сайте. Не так много времени прошло, но лично мне кажется, что это было уже так давно…
Д. – Изначально я ехал для того, чтобы посмотреть, насколько сложно мне будет себя преодолеть – и это расстояние, и ежедневный рулевой барьер. И я ни в коей мере даже ни на минуту не пожалел, что поехал. Интересно было испытать себя – как долго я смогу выдержать недосыпание, сколько времени я смогу провести в компании с одними и теми же, причем изначально не знакомыми мне людьми. Можно. Интересно.
Э. – А мне было интересно посмотреть российские города. В каждом городе своя архитектура и своя душа. Например, во Владивостоке сразу бросаются в глаза плохие дороги, чувствуется наличие денег и коррупции. Чита – это просто пустошь, богом забытое место, к тому же много заключенных. А Хабаровск понравился. Чистый, приятный, ухоженный и светлый город. Но венцом всех российских городов остается Питер. После пробега мы на несколько дней задержались в гостинице Петербурга 4 звезды – словно побывали в раю – выспались, набрались сил и опять готовы в путь.

Л. – А люди, которые живут в этих городах, также отличаются друг от друга?
А. – Не знаю. Но если честно сказать, у меня создалось такое впечатление, что, в принципе, вся страна живет достаточно ровно. Вот я на дачу к себе езжу в Лесколово, тридцать километров от Петербурга, так там народ ничем не отличается от того, который мы встречали под Владивостоком или под Читой. Люди как люди, такие же, как мы. Мы все равно единый народ, несмотря на огромную территорию.

Л. – Тогда поделитесь опытом с теми, кто захочет совершить такое же путешествие. Как подготовиться к поездке? Что нужно обязательно предусмотреть? Какие могут быть «подводные камни”?
А. – Ну, во-первых, нужен хороший руководитель и сплоченная компания. А во-вторых, качественные автомобили и хорошая резина. Человек должен понимать, что нужно проехать двенадцать тысяч километров, да? И, по большому счету, если машина старая, а резина плохая, то он не доедет.
Л. – А вы на какой резине ездили?
Д. – Мы ехали, как потом выяснилось, на хорошей резине.

Л. – То есть вы сначала сомневались, что она хорошая?
Э. – Я изначально был против этой резины, и предложил поставить ее только на одну машину из трех, причем на ту, на которой не я поеду. Но оказался не прав. Учитывая, сколько я за свою жизнь пробил колес, этой резиной я остался доволен. Реально прочная.

Л. – Вас отпугнуло то, что резина, или шины, были китайские?
А. – Да, резина была китайская. Дело в том, что одним из наших партнеров по автопробегу была китайская компания Triangle, производящая шины. Во Владивостоке мы поставили резину их производства на все наши автомобили. Хотя было предложение поставить только на одну, потому что на какой-то момент я тоже стал сомневаться. Подумал: «Действительно, мы купили нормальные машины, там стоит хорошая резина, зачем нам ее менять на неизвестный нам бренд? Ведь с ней может случиться все, что угодно”…

Л. – Ну, естественно, были сомнения.
Э. – А ехать двенадцать тысяч километров.
А. – В том-то и дело. Мы же не можем взять с собой еще три комплекта запасных колес! И что мы будем делать, если нам эти шины не подойдут? Придется где-то останавливаться, покупать. Но мы рискнули, и поставили шины Triangle на все три машины. И ни разу об этом не пожалели.
В дороге, по просьбе компании Triangle, мы тестировали эти шины и вели бортовой журнал замеров. Фиксировали все с помощью фото и видеосъемки. Ну, по большому счету, нам самим было интересно, как эта китайская резина будет себя вести. И надо признаться, что нам понравились шины от компании Triangle. Мы не пробили ни одного колеса.
Э. – Я, конечно, настороженно относился к этой резине… А первый, так сказать, признак уважения она у меня вызвала тогда, когда где-то под Читой, в темноте, на скорости сто сорок километров в час, я влетел в яму. Ну, по опыту я знаю, что после такого удара можно смело притормаживать и менять колесо. Но колесо не спустило. Я проверил, когда мы приехали в гостиницу, и утром посмотрел – все было ровненько. И я понял, что по крайней мере ударопрочность точно есть. И второй момент, когда я разогнал машину до ста восьмидесяти. На такой скорости сразу понятно, хорошая резина или нет. И мне опять понравилось. Вот поэтому могу сказать, что, несмотря на то, что я был против этих шин, продукт компании Triangle вызывает уважение.

Л. – Александр Иванович! Одна из машин, участвовавших в автопробеге, осталась у вас. Вы сменили резину?
А. – Нет. Я езжу на той же рези не, хотя она и прошла двенадцать тысяч километров. Но я пока никаких изменений не вижу.

Л. – Какая встреча или какое событие в дороге произвели на вас самое сильное впечатление?
А. – Лично мне понравилась поездка в Бикин. Это маленький город между Владивостоком и Хабаровском, на границе с Китаем. В этом городке я начинал свою военную службу, и мне, конечно, было интересно заехать туда. В то время, когда я приехал на Дальний Восток, китайцы были нашими врагами, и армия наша готовилась к войне с Китаем. Были оборудованы позиции, боевое дежурство, ракеты на боевом взводе, все по-взрослому было. И граница с Китаем жестко охранялась. На моей памяти был случай, когда китайский самолет приблизился к границе Советского Союза. Мы были подняты по тревоге, ракеты взведены и, мягко говоря, у командира батареи палец был на красной кнопке пуска ракет… По большому счету, мы могли запросто стартовать и сбить этот самолет… И это всего-навсего китайский самолет, который приблизился к нашей границе. Поэтому… были непростые времена.
А потом китайцы резко стали нашими друзьями, поменялась доктрина, и все с этого момента пошло по нисходящей. Кончилось боевое дежурство, кончилась учеба, началась покраска поребриков, которая и сейчас продолжается.
Мне, конечно же, захотелось заехать в Бикин, посмотреть, что там сейчас происходит. Значит, мы договорились, чтобы нас туда пропустили, но не уточнили некоторые детали. И все получилось, как у военных! Что меня и прикололо… На въезде в Бикин нас встретили на «уазике» и сразу сопроводили к штабу дивизии. Я за пять лет службы в штабе дивизии ни разу не был, потому что для меня это был космос! Это где-то там, а я – то всего лишь старший лейтенант… а там серьезные люди.
И, в общем, мы подъезжаем – открываются ворота. Следуем на стоянку перед штабом дивизии – стоят пять полковников навытяжку!!! Все как положено. Выходим мы… такие… доктор в тапочках на босу ногу и в майке, ну, и остальные в том же духе. Один я более-менее одет. Но хорошо, что мы еще хоть были в наших фирменных оранжевых майках.
Полковники нас встречают. И я. естественно, как самый главный, подхожу к ним. А они рапортуют: «Командир бригады полковник… такой-то, «Зам командующего армии полковник… такой-то», «Начальник снабжения полковник… такой-то». Думаю: «Ничего себе, тут такая встреча, да!?»
Я, конечно, даже растерялся… А они говорят по-военному: «Наши дальнейшие действия?» Я говорю: «Обедать».
Они: «Кто нам нужен в разговоре?» – все по-военному.

Л. – А что запомнилось Дмитрию, какая история?
Д. – Ну, не знаю, насколько это история или нет, но мне запомнилась подготовка к пробегу во Владивостоке. Несколько человек прилетели на пару дней раньше, чтобы обклеить машины логотипами партнеров, поменять колеса, получить посылки с журналами из Петербурга. Я не думал, что нужно будет столько эмоциональных и физических затрат на такую простую работу. В результате первый день мы спали, наверное, часов пять, второй день – часа два. Перемещаться по Владивостоку на машине – занятие малоприятное. По всему городу бесконечные пробки, а постоянно куда-то нужно было ехать… Вместо пятнадцати минут в пути можно было находиться от двух до четырех часов. И постоянно шел дождь.
Но самый интересный момент был, когда мы прибыли на встречу в Дальневосточный университет. Всю дорогу до этого лил дождь – и когда мы ехали в аэропорт за основной группой, и когда двигались в сторону университета… Но как только мы вышли из машин, дождь кончился. Нас встречают достаточно эмоционально, заряженно и интересно. Светит солнышко. Мы отъезжаем – начинается дождик. То есть как будто вот так специально было все рассчитано. Причем накануне мы перенесли эту встречу на час. Потому что решили, что не попадем вовремя, и специально договорились перенести. Как раз в этот перенос все и попало. Мы переглянулись, удивились – и поехали дальше.
Э. – Могу сказать, что это была, в общем – то, самая комфортная моя поездка из всех предыдущих поездок. То есть мы не спали на земле, не спали под открытым небом во время дождя. В общем – то, этого было достаточно… На самом деле мне запомнилась довольно случайная встреча на Байкале с представителем далай-ламы в России. Это произошло неожиданно, но по содержанию встреча оказалась – ну, по крайней мере для меня – очень значима. Мы как раз приехали на Байкал, переночевали в какой-то гостинице, и человек, который нас встречал, предложил заехать в общину буддистов. И мы поехали…
Так вот, я считаю, что это самая удачная находка автопробега. Очень хорошее знакомство, которое надо развивать. Меня беседа с этим человеком проняла на месте.

Л. – Ну, я думаю, что мы это интервью в формате видео выложим на сайт.
Э. – Его надо обязательно выложить, я считаю, вообще отдельным роликом. Очень интересно по содержанию, и самое главное, это касается каждого. Очень хорошие, мудрые мысли, которые буквально витают в нашем обществе сейчас. Я почувствовал, что я всю жизнь был буддистом. И понял, что так и надо продолжать.
А. – На самом деле далай-лама – это достаточно большая величина в мировом сообществе. И мы не знаем точно, представитель он далай-ламы или нет. Трудно сказать… Но он очень профессионально и грамотно подготовлен для разговора с людьми. В этом плане он большой специалист и большая умница. А в буддисты мы не пойдем, вряд ли кто-то из нас станет буддистом.

Л. – Да. Тогда расскажите, есть ли у вас планы на будущее?
А. – Ты понимаешь, на самом деле ехать просто так куда-то стало неинтересно. Нужно некое событие. Все наши проекты всегда в большей или меньшей степени были связаны с какими-то приключениями. С поиском или пониманием чего-то. Даже эта поездка из Владивостока в Петербург – это все равно некое событие, да? Это понимание вообще, можем ли мы проехать так много километров, увидеть, как выглядит наша страна, в которой мы живем уже столько лет, да? Это интересно. Поэтому все зависит от идеи. На сегодняшний день есть несколько предложений, но надо правильно сориентироваться: чтобы нам было что рассказать, снять фильм, встретить интересных людей, чтоб можно было, ну, найти что-то, да?
Э. – Золото Колчака. Нам в Казани экскурсовод показывала одно здание и сказала, что это бывшее хранилище банка, в котором эсеры спрятали эшелон золота…
А. – Я слышал эту историю, но как-то не придавал ей значения. А тут нам про это золото Колчака несколько человек подряд сказали.
Э. – Кстати, хорошая зацепка, чтобы заморочиться на эту тему.
А. – Поискать золото Колчака.

Л. – Значит, в следующий раз едем искать золото Колчака.