Сын простого соломщика

Сын простого соломщикаУ моря, то есть озера, пахнет нефтью – на берег набегает «бензиновая» волна. Именно на этом ценном ископаемом расцвел Баку в начале XX века. «Если нефть – королева, то Баку – ее трон», – написал тогда Уинстон Черчилль. Дети шведского изобретателя братья Нобель открыли здесь в 1879 году свое «Товарищество нефтяного производства»: фонд Нобелевской премии на двенадцать процентов состоит из бакинской нефти. За десять лет до этого другие братья, Ротшильд, учредили «Каспийско-Черноморское общество» и купили первый в Российской империи керосиновый завод, расположенный в Баку. Конкуренцию Нобелям и Ротшильдам составил азербайджанский миллионер Муса Нагиев: с одиннадцати лет он работал носильщиком в порту, чтобы накопить на собственную землю. В восемнадцать купил участок, из которого забил нефтяной фонтан. Именно Нагиеву принадлежит фраза, ставшая анекдотом, – сын давал на благотворительность в разы больше него, и Муса сказал: «Что ж в этом удивительного? Он – сын миллионера, а я – простого соломщика».

Бакинские нефтепромышленники ладили между собой: Нагиев, главный инженер братьев Нобель Адольф Зорге, управляющий Ротшильдов Давид Ландау и великий инженер Владимир Шухов частенько обедали вместе. Дети и внуки Нагиева отдыхали на даче у Нобелей. А если Ротшильды и Нобели приезжали с ревизией в Баку, то непременно шли в казино Мусы – там у них был огромный кредит. «Разве Коран не запрещает азартные игры? Но весь Баку играл. Выигрывал и проигрывал деньги мешками. Пророк запретил употребление вина. Но все пили! И водку, и коньяк, лицемерно утверждая, что эти напитки – не вино. Изображение человека считается запретным в исламе. Но мусульмане толпами посещали фотоателье, чтоб затем украшать стены своих домов собственными изображениями» – вот что писала по этому поводу в своих мемуарах «Кавказские дни» внучка Мусы Нагиева, парижская писательница Банин, ближайшая подруга Тэффи и знакомая Ивана Бунина – последний как-то подарил ей свой сборник с дарственной надписью: «Дорогая г-жа Банин! Черная роза небесных садов Аллаха, учитесь писать по-русски. Иван Бунин, 21 июня 1947 года». Банин к своему деду относилась прохладно. А вот Баку Нагиева обожал – тот построил в общей сложности девяносто восемь красивейших зданий по проектам иностранных архитекторов, в том числе – главную городскую больницу. Поднял театр, открыл гостиницу «Новая Европа», где в 1924 году поселился Сергей Есенин; обстановка в номере на шестом этаже, по воспоминаниям очевидцев, была походная: «Раскрытый чемодан, раскиданные галстуки, под столом – винные бутылки, на столе – стаканы, объедки, пузырек нашатырного спирта, который Есенин часто нюхал, чтобы протрезвиться, и на каком-нибудь видном месте – американская резина для гимнастики».

Нефтепромышленников в Баку больше нет: вся нефть – государственная. На промысел – вязкую, иссиня-черную прибрежную полосу, уставленную вышками, пускают туристов и съемочные команды голливудских блокбастеров. Здесь снимали эпизод бондианы «И целого мира мало». Автомобиль «Нива» с азербайджанскими номерами, на котором Пирс Броснан рассекал по Баку, был продан на интернет-аукционе за две тысячи семьсот долларов: не много, ну так и «Нива» – не «астон мартин».