Кавказский Париж

Кавказский ПарижВ 1911 году в Баку, который уже вовсю называли «кавказским Парижем», рыботорговцы братья Маиловы открыли Театр оперы и балета. Корреспондент газеты «Каспий», некто Театрал, сходил на премьеру и записал; «В первом антракте пронесся сенсационный слух. Сначала высказал его кто-то неуверенно, потом более смело, потом стали утверждать категорически:

– Дама в шароварах.

Началось невероятное движение по лестницам. Бегали сверху вниз и снизу вверх, толкали друг друга и на ходу расспрашивали: «Видали даму в шароварах? Где она? Где?»

Точного ответа, однако, не могли получить, так как спустившиеся вниз узнавали, что дама только что поднялась наверх, а поднявшиеся наверх узнавали, что она только что спустилась вниз. После долгих усилий ее, однако, удалось застигнуть в нижнем фойе. Дама в шароварах выдержала натиск любопытной толпы героически. Она молчала, но в глазах ясно читалось: «Я доказала миру, что женщина не застряла на одном месте, а двигается вперед, ищет в жизни новых форм. Вот вам новые формы. Кто посмеет теперь упрекать женщину?» Чувствовалось, что она знает цену своему поступку. Сознает, что своим самоотвержением она поставила Баку рядом с Парижем».

Баку давно готов к «новым формам». Здесь есть все для разных видов туризма, включая экотуризм, корпоративный отдых, лечебный туризм и т.д. В этом убеждена Лала Мустафаева. Она родилась в семье композитора, народного артиста Азербайджана Рамиза Мустафаева и Елены Мустафаевой, известной в стране пианистки. Родители гастролировали; из капиталистических стран привозились необыкновенные вещи. Школьница Лала в кожаном сарафане с металлическими застежками – клипсами и туфельках на каблуках, которые покупались сразу в трех экземплярах, во дворе своей «сталинки», куда селили всех заслуженных музыкантов, была первой модницей. В Бакинской консерватории она выучилась на историка музыки, хотя история моды привлекала ее больше. Решившись в девяностых годах открыть свой первый магазин одежды, Лала сказала подруге: «Мода будет моим вторым делом». «Смеешься? – ответила та. – Мода давно твое первое дело».

В том, что бакинский проспект Нефтяников, местная виа Монтенаполеоне, сплошь увешан модными логотипами первого эшелона – во многом заслуга Лалы. Она открыла лучший в городе мультибренд – Pret – a – Porter, где вещи Gucci, Dolce & Gabbana, Dior разлетались как горячие пирожки. Увидев, что спрос на белоснежную замшу, страусиную кожу и бессмертные лейблы в Азербайджане бьет нефтяным фонтаном, эти марки завеливБаку монобутики.Два – Yves Saint Laurent и Bottega Veneta – Лала открыла лично. «Я люблю марки с историей – Irfe, Vionnet, – говорит она. – Недавно воскресло ателье британского модельера Чарльза Уорта, работавшего в начале XX века в Париже и привившего пуританской Англии любовь к шику «а-ля франсез». Одной из его постоянных моделей, кстати, была Банин». Вещи для мультибренда Лала выбирает сама – «под Баку». Она прекрасно знает, что контрастных бакинок розовато-бежевая гамма красит не всегда. Зато, как все восточные женщины, они обожают тонкую ручную работу, обилие декоративных элементов и падки на вещи с приставкой «it» – они давно не отстают от прогрессивных европейских модниц,

«Не думайте, пожалуйста, что у нас патриархальное общество, – говорит Лала. – Но мне, как женщине, открывшей свое дело, пришлось нелегко». Говорили разное, но теперь, спустя семнадцать лет с открытия первого бутика, она все чаще слышит: «Спасибо, Лалаханум: вы научили нас одеваться!»