Этническая и конфессиональная география северо-запада российской империи на рубеже xix-xx вв.

Наиболее надёжные среди всех местных переписей и оценок численности населения, осуществлённых до революции. Исследователи отмечают, что работа Статистического комитета по организации переписи вызывает большое доверие: на каждое лицо составлялось по три формы переписных листов и помимо этого «Вопросный лист для инородческих наречий» (Киселева, 1993). В настоящее время итоги переписи используются историками, этнографами и географами при проведении демографического и историко-географического анализа изменений в национальном составе населения за прошедший период.

Ниже представлен географический анализ этнической и конфессиональной структуры населения 85 уездов девяти северо-западных губерний Российской империи (Первая всеобщая…, 1903-1905). Согласно существующему в то время районированию государства, рассмотренные губернии входили в состав Озёрной области: Псковская, Новгородская, С.-Петербургская губернии; Прибалтийского (или Балтийского) края: Эстляндская, Лифляндская и Курляндская губернии; Верхнего Поднепровья и Белоруссии (или Литовско-Белорусского края): Смоленская и Витебская губернии; а также Московской промышленной области и Верхнего Поволжья (Тверская губерния) (Россия. Географическое описание…, 1913; Россия. Полное географическое…, 1900, 1905).

Спецификой переписи 1897 г., которую этнографы оценивают в качестве недостатка, явилось выявление этнической принадлежности с помощью вопроса о родном языке (частично – и вопроса о вероисповедании). С позиции современной науки лингвистика тогда была разработана слабо, ряд языков именовали наречиями, наречия – языками. К тому же, были выделены далеко не все этнические общности, о чём свидетельствуют результаты последующих переписей (Брук, 1994). 
Чтобы сохранить стиль изложения той эпохи, мы будем пользоваться названиями языковых групп и отдельных народов, принятыми в конце XIX в. Русское население в то время рассматривалось состоящим из трёх групп: великороссов, малороссов и белорусов (Российская империя, 1992). В таком виде русский язык включался в славянскую группу, наравне с польским языком. В статистике переписи 1897 г. великороссы иногда рассматривались вместе с белорусами и малороссами. В состав литовско-латышской группы включалось три языка: латышский, литовский и жмудский. В интересующих нас губерниях к народам финской группы были отнесены: эсты, финны, корелы, ижора и чудь.

Расселение населения, не считающего родным великорусский язык, отображено на рис. 4. В число губерний, где явно преобладало невеликорусское населения, попадали Эстляндская, Лифляндская, Курляндская и Витебская губернии. Также значительной была доля невеликорусского населения в С.-Петербургской губернии. Обращает на себя внимание высокая доля невеликорусского населения в уездах, территория которых сейчас заселена почти исключительно русскими. Это, к примеру, ряд уездов С.-Петербургской губернии и северо-восточные уезды Витебской губернии (Себежский, Невельский и Велижский, территория которых ныне входит в состав Псковской и Смоленской областей).

Рис. 4. Доля населения, не считающего родным великорусский язык (по переписи 1897 г.)


Цифрами на рис. 4-14 и 17 обозначены уезды губерний Российской империи в конце XIX в. Эстляндская губерния: 1 – Ревельский, 2 – Везенбергский, 3 – Вейсенштейнский, 4 – Гапсальский; Лифляндская губерния: 5 – Рижский, 6 – Валкский, 7 – Венденский, 8 – Верроский, 9 – Вольмарский, 10 – Перновский, 11 – Юрьевский, 12 – Эзельский, 13 – Феллинский; Курляндская губерния: 14 – Добельский (Митавский), 15 – Бауский, 16 – Виндавский, 17 – Газенпотский, 18 – Гольдингенский, 19 – Гробинский, 20 – Иллукстский, 21 – Тальсенский, 22 – Туккумский, 23 – Фридрихштатский; Витебская губерния: 24 – Витебский, 25 – Велижский, 26 – Городокский, 27 – Двинский, 28 – Дриссенский, 29 – Лепельский, 30 – Люцинский, 31 – Невельский, 32 – Полоцкий, 33 – Режицкий, 34 – Себежский; ,b>Псковская губерния: 35 – Псковский, 36 – Великолуцкий, 37 – Новоржевский, 38 – Опочецкий, 39 – Островский, 40 – Островский, 41 – Торопецкий, 42 – Холмский; Санкт-Петербургская губерния: 43 – С.-Петребургский, 44 – Гдовский, 45 – Лужский, 46 – Новоладожский, 47 – Петрегофский, 48 – Царскосельский, 49 – Шлиссельбургский, 50 – Ямбургский; Новгородская губерния: 51 – Новгородский, 52 – Боровичский, 53 – Белозерский, 54 – Валдайский, 55 – Демянский, 56 – Кирилловский, 57 – Крестецкий, 58 – Старорусский, 59 – Тихвинский, 60 – Устюжинский, 61 – Череповецкий; Тверская губерния: 62 – Тверской, 63 – Бежецкий, 64 – Весьегонский, 65 – Вышневолоцкий, 66 – Зубцовский, 67 – Калязинский, 68 – Кашинский, 69 – Корчевский, 70 – Новоторжский, 71 – Осташковский, 72 – Ржевский, 73 – Старицкий; Смоленская губерния: 74 – Смоленский, 75 – Бельский, 76 – Вяземский, 77 – Гжатский, 78 – Дорогобужский, 79 – Духовищенский, 80 – Ельнинский, 81 – Краснинский, 82 – Поречский, 83 – Рославльский, 84 – Сычевский, 85 – Юхновский.

Расселение славян, не считающих родным великорусский язык (в данном случае, это белорусы и поляки), показано на рис. 5. Белорусы в ходе переписи 1897 г. регистрировались отдельно по уездам Смоленской, Витебской и Эстляндской губерний, а поляки – во всех девяти губерниях. Следует отметить, что, хотя в Смоленской губернии выделяется единственный белорусский уезд – Краснинский, ещё за 30 лет до проведения всероссийской переписи населения Смоленская губерния чётко делилась по этническому признаку на две части – преимущественно белорусскую западную (со Смоленском) и великорусскую восточную (Ширяев, 1991). Вероятно, аналогичные процессы ассимиляции и смены этнического самосознания происходили в северо-восточных уездах Витебской губернии, переданных в 1924 г. в состав Псковской губернии. В этих уездах доля белорусского населения с 1897 по 1926 г. уменьшилась примерно вдвое (во всяком случае, согласно официальным данным). 
Повышенная доля поляков в Витебской, Курляндской и частично Смоленской губерниях объясняется их вхождением в прошлом в состав территории Речи Посполитой. Относительно высокая доля поляков в других губерниях, особенно в С.-Петербургской, – следствие миграционных процессов, о чём свидетельствует концентрация польского населения в губернских центрах.

Рис. 5. Доля населения, считающего родными белорусский и польский языки (по переписи 1897 г.)

Народы литовско-латышской группы (ныне – летто-литовской) индоевропейской семьи регистрировались в уездах всех губерний, кроме С.-Петербургской и Тверской (рис. 6). В Витебской и Курляндской губерниях отдельно выделялись литовцы, в остальных губерниях – только латыши. Кроме преимущественно латышских уездов Курляндской и южной части Лифляндской губерний, заметна высокая доля народов этой группы в западной части Витебской губернии (Латгалии), которая также входит сейчас в состав Латвийской Республики. Повышенная доля латышей в ряде уездов других губерний (Новгородской, Псковской, восточной части Витебской губерний) – результат их миграции во второй половине XIX в. В числе территорий, куда переселялись латыши, значились также южные уезды С.-Петербургской губернии (Гдовский и Лужский), которые, к сожалению, остались «белым пятном» на карте из-за отсутствия необходимых данных.

Рис. 6. Доля населения, считающего родными языки литовско-латышской группы (по переписи 1897 г.)


Среди «племён» финской группы (ныне – народов финно-угорской группы уральской языковой семьи) регистрировались (рис. 7): эсты (эстонцы) в Эстляндской, Лифляндской, Псковской, Новгородской, С.-Петербургской и Тверской губерниях; чудь (в основном вепсы) – в Новгородской губернии; корелы (карелы) – в Новгородской и Тверской губерниях; ижора (ижорцы) – в С.-Петербургской губернии; финны (в основном ингерманландские финны вместе с водью) – в Псковской и С.-Петербургской губерниях. 
Повышенная доля эстонского населения, кроме Эстляндской и северной части Лифляндской губерний, характеризовала ряд уездов С.-Петербургской губернии (Ямбургский, Гдовский, Петергофский, Лужский) и Псковской губернии (т.н. «православные эстонцы» – сету в Псковском уезде, эстонские переселенцы в Торопецком и Холмском уездах). Чудь была зафиксирована только в Новгородской губернии – в Тихвинском и Белозерском уездах. Карелы составляли значительные группы в Тверской губернии (тверские карелы в Бежецком, Весьегонском, Вышневолоцком и Новоторжском уездах), также в Новгородской губернии (в Валдайском и Тихвинском уездах; вторые известны ныне как тихвинские карелы Ленинградской области). 
Финны, сейчас известные как финны-ингерманландцы, составляли значительную долю населения Шлиссельбургского, Царскосельского, Ямбургского и Петергофского уездов С.-Петербургской губернии. Финны также были выделены отдельно в Псковской губернии, где, однако, составляли небольшой процент во всём населении (наиболее высокий – в Холмском и Торопецком уездах). Кроме того, в С.-Петербургской губернии были зарегистрированы ижорцы, жившие в основном в Ямбургском и Петергофском уездах.

Рис. 7. Доля населения, считающего родными языки финской группы (по переписи 1897 г.)


Среди народов германской группы (рис. 8) во всех губерниях по уездам фиксировались немцы, а в Эстляндской губернии ещё и шведы, составлявшие относительно большую долю только в Гапсальском уезде. Следует отметить, что в прибалтийских губерниях немецкий язык в качестве родного называла часть латышского, эстонского и еврейского населения (Казьмина, 1991а). Кроме трёх прибалтийских губерний, повышенной долей немецкого населения отличалась только С.-Петербургская губерния (кроме Гдовского, Лужского и Новоладожского уездов). В остальных губерниях немецкое население концентрировалось преимущественно в губернских центрах.

Рис. 8. Доля населения, считающего родными языки германской группы (по переписи 1897 г.)


Так как часть еврейского населения в качестве родного языка признавала немецкий (в прибалтийских губерниях) и великорусский – во всех остальных губерниях, более точную оценку численности евреев даёт подключение к анализу конфессиональной принадлежности населения. Население, исповедующее иудаизм, фиксировалось по уездам всех девяти губерний (рис. 9). Расхождение между долей евреев и населения, исповедующего иудаизм, значительно только в прибалтийских губерниях. Доля евреев была высока в двух губерниях, входящих в область, оконтуренную «чертой оседлости» еврейского населения, – в Витебской и Курляндской. На территориях, не входящих в эту область, доля евреев была повышена преимущественно в губернских центрах.

Рис. 9. Доля населения, исповедующего иудаизм (по переписи 1897 г.)

 

В целом доля неправославного населения (при проведении переписи 1897 г. единоверцы рассматривались вместе с православными) составляла больше половины в прибалтийских губерниях и западной (латгальской) части Витебской губернии (рис. 10). Также была повышена доля неправославного населения в восточной части Витебской губернии. В некоторых уездах Новгородской, Псковской и Смоленской губерний подавляющее большинство неправославного населения составляли старообрядцы. Также много старообрядцев (раскольников) осело ещё в XVII в. в Латгалии (Инфлянтах Польских), ставшей в последующем западной частью Витебской губернии (рис. 11).

Рис. 10. Доля населения, не исповедующего православную религию (по переписи 1897 г.)


Рис. 11. Доля старообрядцев (по переписи 1897 г.)


Население, исповедующее римско-католическую религию, проживало преимущественно в Латгалии и ряде других уездов Витебской губернии (рис. 12), на территориях, около двух веков входящих в состав Речи Посполитой. В других губерниях повышенная доля католиков связана с выходцами из Польши и других католических стран.

Рис. 12. Доля населения, исповедующего римско-католическую религию (по переписи 1897 г.)


Господствующей религией населения прибалтийских губерний с XVI в. является лютеранство (рис. 13). Население, исповедующее протестантскую религию, было достаточно многочисленным также в С.-Петербургской губернии (в основном финны-ингерманландцы, эсты и часть немцев), ряде уездов Псковской, Новгородской и Витебской губерний, принявших эстонских и латышских переселенцев.

Рис. 13. Доля населения, исповедующего лютеранство (по переписи 1897 г.)


Как уже отмечалось, высокий индекс религиозной мозаичности может служить в качестве признака контактной зоны суперэтнического уровня. На рубеже XIX-XX вв. суперэтническая граница в виде широкой контактной зоны проходила через северо-западную часть С.-Петербургской губернии, далее через все три прибалтийских губернии (Эстляндскую, Лифляндскую и Курляндскую) и Витебскую губернию (рис. 14). Двумя наиболее поликонфессиональными регионами северо-запада Российской империи являлись Латгалия на западе Витебской губернии (с индексом религиозной мозаичности свыше 0,5) и Ингерманландия на северо-западе С.-Петербургской губернии (с индексом религиозной мозаичности более 0,4).

Рис. 14. Индекс религиозной мозаичности уездов северо-западных губерний Российской империи (на 1897 г.)


В течение последующего ХХ в. Великорусская ГЭКС переживала переход от стадии зрелости к стадии старости. О старении ГЭКС свидетельствуют некоторые особенности геодинамики внешних и внутренних ЭКЗ на северо-западе Русской равнины. В течение ХХ в. в Российской геокультурной системе заметно поменялись приоритеты: от создания внешних ЭКЗ в первой половине столетия к растворению всех сохранившихся внутренних ЭКЗ, что стало особенно характерно для конца века. Локализации внешних и внутренних ЭКЗ на северо-западе Русской равнины в конце второго тысячелетия и их геодинамике в течение всего ХХ столетия посвящён следующий раздел книги.

[*] кандидат географических наук, доцент кафедры географии Псковского госпединститута 
[**] глава из книги А.Г. Манакова Геокультурное пространство северо-запада Русской равнины: динамика, структура, иерархия. Псков 2002. Полную версию книги см.:http://st.volny.edu/