Программа Section 8

Программа Section 8

Куртис и Кончита Кейтс вместе со своим 13-летним сыном Кэнааном несколько месяцев прожили в пикапе Nissan Titan на парковке другой церкви в Санта-Барбаре в трех милях от Адкинс. В прошлой жизни Куртис занимался установкой и ремонтом противопожарных систем, а Кончита работала в аптеке. Их уволили почти одновременно. До начала рецессии их совместных доход составлял 60 тысяч долларов в год. Они съехали из своего дома после того, как у них закончились все деньги. Старший ребенок Кейтсов учится и живет в колледже, среднего они отправили к тетке, после чего вместе с младшим Кэнааном направились в Калифорнию, где рассчитывали обосноваться у родственников. По прибытии оказалось, что те уже успели приютить другую бездомную семью – итого в небольшом доме собралось 11 человек, причем никто из них не имел работы.

«Мы спали вповалку в одной комнате, – воспоминает Куртис. – А на кухне все постоянно выясняли, где чья еда, и раздумывали, стоит ли делиться с другими, – вот до чего доводит такая жизнь. Ты покупаешь молоко своему ребенку, а его выпивает кто-то другой».

Когда такая жизнь им вконец осточертела, они собрали пожитки и двинулись в путь. «Мы жили во дворах у друзей или на обочине дороги по соседству в палатках туристических, чтобы иметь возможность мыться в их ванной», – рассказывает Кончита.

Мы встречаемся с Кейтсами в их новой квартире, которую они получили в рамках федеральной программы Section 8. Куртис, мужчина с козлиной бородкой, облаченный в джинсовые шорты и желтую майку с надписью Arizona State, приветствует меня на пороге. Пока в квартире худо-бедно обставлена только гостиная: здесь есть пара диванов, два кресла, кофейный столик и лампа на подставке. Хозяева рассказывают мне о происхождении каждого из этих предметов и, кажется, сами удивляются тому, насколько они поднаторели в добывании бесплатных вещей.

Когда Куртис с Кончитой прибыли в Санта-Барбару, они получали пособие по безработице, но это был их единственный источник дохода, который не покрывал всех нужд семьи. У них не было кухни, чтобы готовить еду, они оплачивали бензин, мобильный телефон, автомобильную страховку и услуги прачечной. Куртис начал искать временную работу на стройках. «Но это палка о двух концах, – говорит он. – Как только ты получаешь место, то теряешь пособие. А когда работа кончается, приходится снова его восстанавливать». В конце концов, мужчина решил, что ему будет выгодней заняться сбором жестяных банок.

Момент, когда бывшие представители среднего класса впервые обращаются за социальной помощью, Нэнси Кэпп характеризует как «начало конца». «Вся система пособий не только не оправдывает ожиданий – она унизительна и способствует дальнейшей деградации людей. При этом она не решает проблем. Все эти пособия – как мертвому припарки».

Государственные службы социальной помощи и благотворительные организации требуют от претендентов на пособие карточку социального страхования, свидетельство о рождении, водительские права. Не все могут их предъявить – зачастую у бездомных вообще нет никаких бумаг. Кроме того, заявитель обязан задекларировать все свое имущество и возможные источники дохода. «Ко мне нередко приходят люди, которые не могут получить талоны на питание только потому, что у них слишком дорогая машина, – говорит Капп. – Да, у них есть машина, но они потеряли все остальное – дом, работу, чувство человеческого достоинства. Машина – единственное, что у них остается, они хранят в ней свои вещи. Но людям говорят: «Вы слишком много имеете. Вы должны потерять все». У них и так почти ничего нет, но они должны иметь еще меньше».